Торжественная процессия дошла до назначенного места, и начались таинства коронования. Долги были они и внушительны: молитвы, фимиамы, проповеди – словом, не забыли ни о чем, что приличествовало случаю; и Жанна все время стояла рядом с королем, держа свое знамя. Наконец наступила торжественная минута – король прочитал присягу и принял помазание святым миром; подошел пышно одетый сановник, сопровождаемый пажами и служителями; он нес на подушке корону Франции и, преклонив колена, предложил ее королю. Карл, по-видимому, колебался… да, в том не было сомнения: он протянул руку и остановился – пальцы его, готовые взять корону, застыли в воздухе. Но это продолжалось только одно мгновенье, хотя и одно мгновенье кое-что значит, когда из-за него останавливаются сердца двадцати тысяч людей и замирает их дыхание. Да – только одно мгновение, а затем он встретил взгляд Жанны и увидел в ее глазах всю радость ее великой, благодарной души; и он улыбнулся ей, и взял корону Франции, и движением, полным изящества и королевского величия, поднял ее и возложил себе на голову.
Как вдруг все загудело! Крики ликования и заздравные возгласы, хоровые гимны и гул органа!.. А за пределами храма – колокольный звон и грохот пушек!
Исполнилась фантастическая мечта девочки-крестьянки – невероятная мечта, несбыточная: свергнуто английское владычество, и коронован наследник Франции. Жанна словно преобразилась: божественной радостью светилось ее лицо, когда она пала на колени у ног короля и смотрела на него сквозь слезы. Губы ее дрожали, и нежной, тихой, прерывистой речью зазвучали ее слова:
– Теперь, о милостивый король мой, сбылось повеление Господа, чтобы вы пришли в Реймс и приняли ту корону, которая по праву принадлежит вам, и никому другому. Свершилось то, что было на меня возложено; окажите мне милость – отпустите меня домой, к моей матери.
Король поднял ее и тут же, в присутствии многолюдной толпы, с подобающим благородством воздал хвалу ее великим подвигам; и он утвердил ее в дворянском звании и во всех ее титулах, поставив ее наравне с носителями графского достоинства; он назначил ей свиту и определил состав ее подчиненных, соответственно ее сану. После того он сказал:
– Вы спасли корону. Говорите… требуйте… назначайте. Какова бы ни была ваша просьба, она будет исполнена, хотя бы для этого пришлось разорить королевство.
Это было сказано благородно, по-королевски. Жанна тотчас опустилась снова на колени и сказала:
– В таком случае, милостивый король мой, изреките милосердное слово: молю вас, отдайте приказ, чтобы деревня моя, обедневшая и перенесшая столько невзгод в продолжение войны, была освобождена от податей.
– Быть посему. Продолжайте.
– Это все.
– Все? Ничего, кроме этого?
– Это все. Других желаний нет у меня.
– Но ведь это – все равно что ничего… меньше того! Просите – не бойтесь.
– Поистине, ни о чем не могу просить, милостивый король. Не принуждайте меня. Я ничего не желаю, кроме этого одного.
Король, видимо, недоумевал и на некоторое время замолчал, как бы стараясь всецело понять и почувствовать причину такого странного бескорыстия. Потом он поднял голову и сказал:
– Она завоевала королевство и венчала короля; и то, о чем она просит, то, что она согласна принять, – предназначено другим, а не ей. И она права: ее поступок соразмерен с душевным величием того, чей ум и чье сердце являются сокровищницей, которая своими богатствами далеко превосходит все дары короля, всю казну его. Да сбудется так, как желает она. И я предписываю, чтобы отныне Домреми, родное село Жанны д\'Арк, Освободительницы Франции, по прозванью Орлеанская Дева,
И ответом на его слова была торжествующая песнь серебряных труб.
Вы теперь видите, что Жанна, вероятно, предчувствовала эту сцену, когда среди пастбищ Домреми на нее нашло вдохновение; мы еще спросили ее, чего она потребовала бы у короля, если бы он когда-либо предложил ей назначить свою награду. Было ей тогда видение или нет – неизвестно, но событие это показывает, что и среди головокружительных почестей, которые теперь выпали на ее долю, она осталась той же простодушной, бескорыстной девочкой, какой она была в тот день.
