Такие развязные отзывы о великих людях всех нас возмутили, — все эти заслуженные воины казались нам чуть ли не полубогами. В нашем воображении они вставали во всем своем блеске, загадочными и могущественными, величественными и храбрыми, и для нас было ужасно неприятно, когда о них судят, как о простых смертных, подвергая их действия несправедливой критике. Лицо Жанны вспыхнуло от возмущения, и она сказала:
— Не понимаю, как можно так непочтительно говорить о таких великих людях. Ведь они — опора Франции; они держат ее на своих плечах и проливают за нее свою кровь. Что касается меня, то я сочла бы за великую честь хоть мельком, хоть издали взглянуть на них. Мне кажется, я даже недостойна приблизиться к ним.
Паладин на мгновение смутился, заметив по лицам окружающих, что Жанна выразила общее мнение, но, не желая отступать, он опять взялся за критику. Тогда Жан, брат Жанны, сказал:
— Если тебе не нравятся действия наших генералов, то почему ты не идешь сам на войну, чтобы показать, как нужно действовать? Ты ведь только болтаешь, что пойдешь на войну, а на деле и не собираешься.
— Послушай, — возразил Паладин, — говорить легко. Сейчас я объясню, почему я пребываю в бездействии, которое, как известно, противно моей натуре. Я не иду на войну потому, что я не дворянин. В этом вся причина. Что может сделать простой солдат в такой борьбе? Ровно ничего. А до офицерского чина ему выслужиться не дадут. Если бы я был дворянином, разве я оставался бы здесь? Ни минуты! Я мог бы спасти Францию. Вы смеетесь? Но я знаю, что скрывается во мне, что заключено в голове под этой крестьянской шапкой. Я мог бы спасти Францию и готов взяться за дело хоть сейчас, но при иных условиях. Если я нужен, пусть пошлют за мной, а не хотят — пусть справляются сами. Я не отправлюсь иначе как в чине офицера.
— Увы! Бедная Франция! Погибла Франция! — насмешливо сказал Пьер д'Арк.
— Вот ты подтруниваешь над другими, а почему же сам не идешь на войну, Пьер д'Арк?
— О, ведь и за мною не присылали. Во мне ровно столько же дворянской крови, сколько и в тебе. А все-таки я пойду, — обещаю, что пойду. Я пойду рядовым под твоим началом, когда за тобою пришлют.
Все рассмеялись, и Кузнечик заметил:
— Так скоро? В таком случае начинайте собираться. Кто знает, — лет через пять могут прислать! Да, по-моему, раньше чем через пять лет вы не пойдете.
— Он пойдет раньше, — промолвила вдруг Жанна. Голос ее прозвучал задумчиво и тихо, но все его слышали.
— Откуда ты знаешь, Жанна? — удивленно спросил Кузнечик, но в это время вмешался Жан д'Арк.
— Я тоже хочу пойти на войну, — заявил он, — но я еще слишком молод. Мне придется подождать. Пока пришлют за Паладином, я успею подрасти, и мы пойдем вместе.
— Нет, — сказала Жанна, — он пойдет вместе с Пьером.
Она сказала это так, будто говорила сама с собою, не сознавая, что говорит громко. Ее никто и не услышал, кроме меня.
Я взглянул на нес и увидел, что вязальные спицы замерли у нее в руках, а лицо приняло какое-то мечтательное, рассеянное выражение. Губы ее шевелились, словно она произносила про себя обрывки фраз. Но звуков не было слышно. Я был всех ближе к ней и ничего не слышал. Но я насторожился, так как ее предыдущие замечания вселили в меня страх. Я был суеверен и принимал близко к сердцу разные пустяки, имевшие хотя бы малейший оттенок таинственности и необыкновенности.
— Существует только одна возможность спасти Францию, — заявил Ноэль Ренгессон. — В нашей компании все же есть дворянин. Это Школяр. Почему бы ему не одолжить свое имя и звание Паладину? Он тогда смог бы стать офицером. Франция позовет его, и он сметет эти английские и бургундские полки в море, как дохлых мух.
«Школяр» — это я. Меня так прозвали за то, что я умел читать и писать. Раздались возгласы единодушного одобрения, и Подсолнух добавил;
— Вот это как раз то, что нам нужно. Все затруднения теперь устраняются. Господин де Конт должен согласиться. Он двинется в поход вслед за полководцем Паладином как простой солдат и падет в битве, покрыв себя вечной славой.
— Он пойдет вместе с Жаном и Пьером и доживет до той поры, когда об этих войнах не останется и воспоминаний, — прошептала Жанна. — Наступит время — и Ноэль с Паладином в последний миг примкнут к ним, но не по своей воле.
Голос Жанны звучал так тихо, что я скорее догадывался о смысле ее слов, чем слышал их, и от ее предсказаний у меня мороз прошел по коже.
— Теперь за дело! — продолжал Ноэль свое. — Все решено. Нам осталось только создать отряд под командованием Паладина и идти спасать Францию. Все согласны?
Все ответили утвердительно, кроме Жака д'Арк, который сказал:
