В процедуре исполнения приговора есть бросающиеся в глаза нарушения установленных норм. Прежде всего, смертного приговора не было вынесено вообще. Осужденную должны были передать в руки светских властей, которые юридически и присуждали к смерти на костре (церковные судьи по правилам того времени лицемерно ходатайствовали у светских властей о наказании «без пролития крови»). И судьи вроде бы объявили о передаче Жанны в руки светской власти, но передача так и не состоялась. Помощник бальи (главы судебной власти) Руана Лоран Гедон сообщил: «Никакого приговора не выносил ни бальи, ни я сам, на которых лежала эта обязанность» (см.: Лами. Жанна Д’ Арк, II-87) «Нет впечатления, что были соблюдены все правила. Через некоторое время какой-то злоумышленник по имени Жорж Фоланфан был точно так же передан в руки светских властей во исполнение церковного приговора. Тогда он был приведен в гражданский суд и приговорен гражданским правосудием. На казнь он был отведен не столь быстро» (см.: Лоран Гедон. «Показания на Руанском процессе»).
Герцог Бедфордский и губернатор Руана граф Уорик на казни отсутствовали. А герцог вообще покинул Руан еще во время процесса и к моменту казни, по-видимому, не вернулся.
Известно, что в утро казни Жанна исповедовалась самому Пьеру Кошону и получила отпущение грехов. Это притом, что ее к тому моменту отлучили от церкви. Надо полагать, ее отлучение от церкви к тому моменту было уже предано забвению, ибо отпущение грехов, это религиозное таинство, ни в коем случае не предназначалось для колдуний. Но вот соборовать Жанну перед «смертью» не стали, хотя в XIV–XV вв. от этой процедуры были избавлены только дети и те, кто вел праведную жизнь. Робер Амбелен делает следующий вывод: «… ей было отказано в этом высшем таинстве, поскольку было известно, что ей отнюдь не предстояло умирать».
В архивах Нижней Сены и Руанского архиепископства за 1430–1432 гг., а в платежных книгах города Руана за 1430–1431 гг. содержатся отчеты о суммах, уплаченных палачу и его помощникам, о суммах, истраченных на приобретение дров для костра, серы и т. д… а так же имена и фамилии каждого из осужденных, на казнь которых пошли эти деньги (среди них и 5 «ведьм»). Но расходы, связанные с казнью Жанны нигде не отмечены. Ее имя нигде не встречается: ни среди имен «колдуний», ни среди имен других осужденных.
К месту казни привели женщину, у которой на голову был надет капюшон, а сверху капюшона еще и колпак. Неясно, зачем вдруг понадобился капюшон?? Обычно несчастные, осужденные к сожжению, шли на костер с обнаженной головой, если не считать бумажного или картонного колпака, обмазанного, как и рубаха, сернистым составом. Может быть, капюшон оказался необходим, чтобы скрыть лицо бедной женщины? «Привели ее из замка. Лицо ее было закрыто» (см.: Персиваль де Каньи, «Летопись»). Кое-кто усмотрел в слове «embroncher» («надвинуть, покрывать, скрывать») указание на то, что колпак был надвинут кое-как. И неправильно усмотрел. Первоначальный вариант словаря Литтре уточняет, что старофранцузское слово «embroncher» имеет три значения: «скрывать», «прикрывать», «наклонять». Очевидно, что выражение «embroncher» в данном случае означает «закрытое, прикрытое, наклоненное лицо». А для чего в данном случае было прикрывать лицо? Вероятно, чтобы никто не мог увидеть, кого сжигают на самом деле.
Руанский палач Жофруа Тераж, ранее видевший Жанну, не узнал ее во время казни.
В описываемые времена такую казнь полагалось проводить при стечении народа, чтобы показать, что в споре с церковью последнее слово никогда не остается за дьяволом. Наши, российские ученые считают, что казнь в присутствии многолюдной толпы устроили англичане, «желая убедить народ в смерти «колдуньи»…» (см.: Е.Б. Черняк, сб. «Судебная петля», М-91, с. 27). Но эти разногласия не играют никакой роли, так как в данном случае было сделано все, чтобы не только толпе, но и солдатам, ее сдерживающим, практически ничего не было видно.
Вопреки обычной практике на площади находилось 800 (!) солдат, оттеснявших народ на самый край площади Старого рынка. Площадь не так уж и велика, и солдаты стояли плотной стеной. Много ли разглядишь из-за такой «стены»? Да и сами солдаты находились не слишком близко к месту казни, чтобы разглядеть подробности. Но и этого показалось мало. Приговоренную окружало 120 (!) воинов. Сама приговоренная маленького роста (он известен в точности — 158 см), в то время как Жанна Девственница была, по многочисленным воспоминаниям знавших ее лично, довольно высокого для женщины роста.
Далее, костер частично загораживал огромный деревянный щит, на котором большими буквами начертали причину приговора.
