Жанна Ланвен полностью

В то время couture становится общепризнанным искусством, total look[367] выходит на первый план, мода занимается теперь и аксессуарами. Дом Ланвен предлагает и постельное белье, и скатерти, что раньше считалось не областью couture, а скорее декоративно-оформительским делом.

В воздухе витало какое-то странное полуневинное, полуразвратное настроение, что очень хорошо чувствовала Жанна Ланвен и что Моран описал в своей «Нордической ночи» – романе, где герой проводит ночь в компании девственной амазонки-нудистки. Моника Лербье принимала холодные ванны с последующим энергичным растиранием щеткой из конского волоса. Спорт, которым очень активно занимались в высшем обществе, курсы верховой езды – довоенная декорация, на фоне которой происходило восхождение по социальной лестнице Габриель Шанель на минеральных курортах в Довиле и Трувиле. Все это увлекало даже тех парижанок, которые были равнодушны к активному образу жизни. Такой досуг объединял представителей разных полов в совершенно невинной обстановке, однако требовал соответствующего костюма. Появилась новая мода и новый модный жаргон. Дом Ланвен запустил в 1923 году дерзкую линию «спорт», всего лишь на несколько месяцев отставая от пионера в этой области – Жана Пату.

В это время названия моделей меняются, потому что меняется образ жизни общества. Традиционных «утренних платьев» и «костюмов на время после полудня» больше не существовало, «строгие границы между функциональным разделением одежды исчезали, и больше не нужно было менять одежду в течение дня.

Четыре часа пополудни – решающее время, когда все менялось.

Женщина снимала дневной наряд, спортивный, для футинга[368], и облачалась в вечерний туалет для игры в бридж, вечернего чая или похода в дансинг: изящное платье, обнажавшее руки, оно чаще всего оставалось на ней и во время ужина[369]. Не стоит обманываться насчет названия «костюм для футинга», это очень не похоже на ту одежду, которую мы сегодня используем для утренних пробежек или джоггинга[370]. Более того, названия моделей из линейки «спорт» не соответствовали самим моделям: в этой одежде заниматься каким-то определенным спортом, да и просто любой физической активностью, было совершенно невозможно. Платья «Пинг-понг» или «Пелота[371]» были сшиты так, что не позволяли бегать за мячом; в костюме «Пляж» нельзя было войти в воду; а модель «Море льда» совершенно не предназначалась для холодной погоды. Купальные костюмы из джерси или шелка украшались и покрывались вышивкой так, что отличались от обычных платьев только длиной – чуть выше колена.

Спорт для Жанны был символом комфорта и технического прогресса. Вне домов моды дефиле часто проводились вместе с выставками новых марок автомобилей. Модные обзоры в прессе посвящались одновременно преимуществам стальных моторов и отделке новых шляпок. Например, для номера Vogue, вышедшего 1 января 1924 года, позировала невестка Режан, Анн-Мари Порель, в шляпке-клош от Ланвен на фоне кабриолета «Панар» с кузовом «Лабурдетт». Сама Жанна тоже приобрела автомобиль, и вскоре покупательницы «разрывались» между разнообразными манто с автомобильными названиями – «Торпедо», «Кадиллак» и «Амилкар». Можно было выбрать очень популярную в прессе модель «T.S.F.», специально созданную, чтобы носить поверх платья «Радиола».

Русская манекенщица Ксюша Котова в купальном костюме от Ланвен, 1928.

Фонд А. Васильева

Линия «Ланвен-спорт» могла бы называться дерзкой, но при этом новое направление вовсе не изменило общего стиля Дома, скорее объединяло прошлое своей создательницы и современные вкусы. Узоры вышивок могли меняться, но основные мотивы сохранялись в виде инкрустаций на тканях или коже. «Стильные платья» приобретали современный силуэт. Женщинам предлагались костюмы в стиле garsonne[372], в которых все так же чувствовалась ностальгия по образу маленькой девочки.

И только одежда для simplified child[373], высоко оцениваемая Vogue, была на самом деле практична, удобна и могла использоваться по назначению, потому что в «платье для крокета» девочка и вправду могла играть в крокет. Как и модели для девочек, дамские наряды в La Gazette de Bon Ton воплощали непосредственность и легкость.

Появилось новое модное словечко – «спортивный».