– Последний из всей шайки, Эд. Он у вас, больше ему быть негде. Иначе Толли до сих пор бы овец пас, а у мистера Венейбла по-прежнему всего одной руки бы не хватало.
Нагит поднялся, чинно поблагодарил за приглашение и за угощение, кивнул Нейрсе Бинтор, давая понять, что знает, кому обязан сытым желудком.
– Могу я забрать Монтецуму? – спросил он.
– Нет, – угрюмо откликнулся Макс. Для себя он уже решил, что Маренго – оборотень. А раны на сердце требовали возмездия.
Лейтенант не стал спорить.
– Босс расстроится, – только и сказал он.
– Мистер Нагит, – произнес Макс, – если поймете, что служба у Маренго обременяет вашу совесть, не стесняйтесь обратиться к Манвилу. У нас для такого человека, как вы, место всегда найдется. Верно, Гаррет?
– Ничего не имею против. – Хотя мне не очень-то понравилось, что Аликс оживилась, а Никс просто расплылась в улыбке. Меня же, разумеется, ткнули под ребра, опять в больное место, за то, что я заметил эти, предназначенные вовсе не мне, знаки благосклонности.
Нагит направился к выходу.
Релвей последовал за ним. Могу предположить, что он бесстыдно торговал собой, досаждая Нагиту, занятому совсем другими мыслями.
– Достаточно? – спросил я Макса.
– Вполне. Я иду отдыхать. Манвил помог патрону подняться.
– Гаррет, завтра мы продолжим подбор слуг. Ваше с Таем присутствие крайне желательно.
Приходи с рассветом. – Гилби усмехнулся. Он прекрасно знал, что я терпеть не могу подниматься с постели раньше полудня. Попка-Дурак утробно захохотал. Я вздохнул. Никто не обещал, что мир будет справедлив ко мне. Или хоть вот на столечко менее безумен.
Я надеялся, что на том все и закончится, не взрывом, но всхлипом. Нагит избавит меня от лишних хлопот, сам разберется с тем, что теперь, по большому счету, стало внутренним делом «Клича». Но жизнь – моя, по крайней мере – никогда не устает преподносить сюрпризы. Я погрузился в повседневные заботы, развлекался тем, что сочинял вопросы с подковыркой для желающих поработать на пивоварне. Казалось, весь город жаждет потрудиться на Макса Вейдера. А на третий день после приснопамятного обеда от моей скуки не осталось и следа: прелестная Джорджи Николас пришла повидаться со мной.
Со мной или с моим наплечным украшением? Этот вопрос сам собой возник у бедного Гаррета, когда чаровница Никс ослепительно улыбнулась вовсе не ему, а куда-то в сторону. Она протянула руку. Я поспешил пожать точеные пальчики.
– Это прилагалось к записке, которую я получила от Эда Нагита. Адресовано тебе. Что-то важное?
Попка-Дурак принялся охмурять ее, едва она почесала ему макушку. Я тихонько зарычал. Мы получаем записки от Нагита, вот как? Братец Эд времени даром не теряет.
Лейтенант Нагит просил о встрече и предлагал, каким образом устроить ее без того, чтобы привлечь внимание полковника Теверли, к которому негласно перешло командование Вольными Сообществами. Теверли твердо знал, как управлять людьми. Его правила запрещали какие бы то ни было контакты с подозрительными личностями, вроде меня, по делу или просто так. Пускай наружностью я человек, поборники расовой чистоты учуяли во мне чужого.
– Ты собираешься отвечать ему? Припиши, что я согласен.
Выдался славный осенний денек. По голубому небу плыли пушистые облака. Птицы и пчелы радовались жизни и наслаждались уходящим теплом. Таким утром проще простого забыть, что первую половину дня боги присудили человеку в наказание за первородный грех.
Лейтенант Нагит ожидал меня на том самом выпасе, где мы с Тинни укрывались от кентавров; кстати, о кентаврах – их вчера (только вчера!) настиг кавалерийский эскадрон, усиленный несколькими чародеями с Холма. Мало того, Холм объявил вознаграждение за поимку Слави Дуралейника, официально признав, что тот находится в Танфере. По-моему, пустая затея. Дуралейник который десяток лет ускользает ото всех, кто за ним гонялся.
– Спасибо, что пришел.
– Как я мог не прийти? – В его записке говорилось, что он опознал последнего оборотня, однако один с ним не справится. Нет чтобы имя назвать! – Что, у самих не вышло? – На одном плече у меня восседал расфранченный индюк-недоросток, а на другом затаилась обостренная паранойя. Я постоянно озирался по сторонам.
– Полковник Теверли настоятельно посоветовал своим подчиненным забыть о случившемся. Поэтому мне помощи попросить не у кого. Никто не хочет попасть Теверли под горячую руку.
– А ты?
– Он заноза в заднице, а вовсе не бог. – Смелое заявление, смелое и в то же время уклончивое. Лейтенант явно что-то замышляет, но посвящать в свои планы не собирается.
Занятно. Впервые с таким сталкиваюсь.
– А я зачем понадобился?
– Чтоб ее привести, – он показал на Таму Монтецуму, которую я забрал из Аль-Хара, умаслив Блока и надавав кучу невыполнимых обещаний. – С нею мы окрутим оборотня, прежде чем кто-нибудь что-нибудь сообразит.
Что ж, он прав. Без меня ему не обойтись.
