Морли знал крысюков. Но он не учел, что Синдж – умница. Она сообразила, что ее пытаются обвести вокруг пальца. С некоторым усилием она заломила бровь и поглядела на меня, будто спрашивая: «Двойная доля чего, Гаррет?».
– Я не пойду, – сказал я. – Дел по горло. Поймаете – приводите сюда. – И повел глазами в сторону чародея, предупреждая, что он может нас подслушать. Но мои товарищи не обратили внимания: они уже все были в погоне. – Торнада, успокойся. Приведите ее сюда, понятно? Есть на свете вещи поважнее денег.
– Ух ты! – восхитился Тарп. – Какой слог, Гаррет! Уймись, Торнада. Он, похоже, прав.
– Будь осторожна, – сказал я Синдж. Она меня поняла: ее спутники не из тех, кому стоит полностью доверять.
Но они так никуда и не ушли.
–
– Что-что?
Раздался грохот, и в залу через входную дверь влетел кентавр с пикой в каждой руке. На его пути встретились прислужники чародея, они столкнулись и все трое повалились на пол. Действительно, не вовремя: погоди он минуту-другую – и встреча состоялась бы не в доме, а на улице.
Чародей наконец отвел от меня свой пристальный взгляд.
– Это что такое? – озадаченно спросил Морли.
– Свита Слави Дуралейника, – ответил я. По всей видимости, они следили за своим патроном, но издалека, иначе этот кентавр не ввалился бы в залу, как говорится, «на дурачка». Поднявшись с пола, он внезапно обнаружил, что на него глядит с полсотни человек. Попытался развернуться, но его копыта разъехались на полированном камне, и он вновь, с громким ржанием, грохнулся на пол, да еще долбанулся подбородком. Ну, доложу я вам, у него и лексикон! Попка-Дурак – и тот уши крыльями зажал. Изъяснялся он не на карентийском, но все мы – по крайней мере мужчины – побывали в том месте, где говорят на этом языке.
Появились другие кентавры. Подобно первому, они мгновенно впали в растерянность. Их лица выражали одновременно решимость освободить друзей Дуралейника и желание прикончить его врагов. Но и то, и другое сделать было затруднительно, поскольку они явно не ожидали, что врагов окажется так много. По-моему, они рассчитывали на кавалерийский наскок: примчался-схватил-удрал. Видимо, их сбила с толку та половина гостей, которая благополучно слиняла.
Первому кентавру изрядно досталось: прежде чем он успел снова подняться, свои же затоптали его чуть ли не до смерти. А потом на него накинулись ребята Блока и мои друзья. Как ни забавно, орлы из «Клича», с их-то ненавистью к не-людям, остались в задних рядах. А уж кому, как не им, было разбираться с кентаврами: ведь кентавры – самые вероломные из обитателей Кантарда.
Чародей мгновенно окутался молниями, причем ярчайший из огненных сгустков клубился у него на уровне живота. В следующую секунду послышался звук, к которому я уже успел привыкнуть за этот вечер. Чвак! Кентавров попросту вынесло из залы, чему они, думаю, были несказанно рады. К несчастью, никто из них не треснулся по дороге о стену или о косяк. Кавалерийский наскок обернулся паническим бегством.
Я огляделся по сторонам. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтоб сообразить, что кентавры рассчитывали на союзников в доме. Но таковых не нашлось. Отсюда следовало, что Дуралейник затеял набег, не позаботившись выяснить, что и как, полагаясь исключительно на внезапность. На него это не похоже.
В порыве отчаяния, что ли?
–
– О нет!
–
Снаружи донеслись вопли. Кентавры сцепились с кем-то еще, причем битва, судя по лязгу и крикам, разгорелась не на шутку. Я ухмыльнулся. Некоторые из гостей, видимо, позаботились привести с собой маленькие армии.
В каком печальном мире мы живем! Люди не доверяют друг другу, не то что раньше…
Хаос закончился. Кентавры ретировались. Попытка выручить оборотней провалилась, причем некоторые из гостей даже не поняли, что это, собственно, было. Капитан Блок и потрясенный до глубины души всем случившимся Маренго Норт-Энглиш сумели достичь шаткого согласия. Они договорились вместе ловить Таму Монтецуму. Скорее всего, первый из них, кто увидит Таму, мгновенно забудет обо всяких договоренностях. У обоих на нее свои виды.
И оба рассчитывают на меня. Если я не уговорю Пулар Синдж выследить Таму, погоню можно выбросить из головы. Уже может быть поздно. Тама из тех, кто выживает в любой катастрофе. У нее было в избытке времени приготовиться к неизбежному. Думаю, мы ее не отыщем.
– Все пошло не так, как я хотел, – сообщил я Максу.
– А что, бывает иначе?
