— И знать не хочу! — грубо оборвала его я. Мы дошли до наших палаток, и нас могли услышать. — Спасибо за помощь. Спокойной ночи, Марк, — сказала я как можно категоричнее.
Родители были в палатке. Дэн, конечно, еще где-то шатался. Но у меня не было желания идти к озеру, смешить людей. Я не хотела пока продолжать представление с Фергалом — зачем, если Джейси все равно нас не увидит? Как только я умудрилась упустить этот шанс?! Если бы только Марк не болтался там! Кошмарный Марк. Я слышала его голос.
— Привет, мам! Привет, ребята! Весело было, правда?
Странно, со своими он не повторял слова по десять раз.
Я села за стол и зажгла пару ночников. Положила ногу на стул и вспомнила прикосновение Джейси. Я не сразу заметила записку, прижатую к столу родительской бутылкой вина. Это была сложенная бумажка, а на ней написано «Софи». Я ее развернула. Вот что там было:
Это были всего лишь слова из нашей песни. Зачем ему понадобилось их выписывать?
Утром мама была очень заботливой. Она расстегнула мое отделение.
— Бедняжка Софи! Вся в бинтах! Дай-ка я посмотрю на твою ножку! Я видела, как Марк помогал тебе идти, но не сумела пробраться к вам, ждала тебя, но заснула. Надо было меня разбудить.
— Да все нормально. Джейси перебинтовал мне ногу.
— Дай посмотрю. Лодыжка немного распухла, но не сильно. Пройдись-ка. Уже довольно поздно, деточка. Вставай, прими душ. Мы с папой собираемся на службу в деревенскую церковь, ничего, что ты останешься одна?
— Ну конечно, мам. Я уже собираюсь вставать.
Я хотела основательно подготовиться к приему посетителей. Вот так повезло — дважды болеть за одну поездку! Совсем на меня не похоже. Но идея разлечься на шезлонге в бикини и принимать гостей мне нравилась. Я похромала в душ. Ходить было все еще больно, но дело явно шло на поправку.
Я надела саронг поверх купальника и села завтракать.
— Как тебе наше с папой выступление вчера вечером? — спросила мама. — Звезды, да?
Я неопределенно замычала.
— Фергал был просто великолепен. И ты тоже, солнышко. Он так смело продолжил выступление, когда ты исчезла. Ему было непросто решить — остановиться и проверить, что с тобой, или продолжать.
Да, Фергал здорово держался! Хотя мог бы и полюбопытствовать, что со мной. Впрочем, Фергал для меня ничего не значит. Но эта странная записка…
— Кушай круассан, деточка.
Из палатки, спотыкаясь, вышел Дэн и сощурился на яркий свет.
— Всем доброе утро. Вы с Фергалом вчера классно спели. Особенно когда ты свалилась. Мы так ржали!
— Спасибо тебе, дорогой братик!
— Ушиблась?
— Да, между прочим. Но все не так плохо: Джейси оказал мне первую помощь.
— Джейси? Он любой девчонке готов помочь.
Мама усмехнулась папе:
— Прямо как Хелен — любому мужчине, да, Джайлс?
Папа глуповато ухмыльнулся в ответ.
— Ну, она очень милая девушка.
— Слава богу, больше в программе караоке не намечается, — сказал Дэн. — А вы поезжайте. Марш в церковь, каяться в грехах! А у меня тренировка по футболу. Нас здорово гоняют, особенно если учесть, что мы приехали отдыхать и расслабляться.
— И еще, — сказала мама, — соседи пригласили нас сегодня вечером на барбекю. Ничего больше не планируйте.
Я намазалась кремом от загара и уютно устроилась на шезлонге с плеером и стопкой открыток. Пришло время написать друзьям. Сначала Ханне. Я хотела рассказать ей о Джейси. Она моя лучшая подруга, с ней надо быть честной. Я просто написала: «Тут у нас самый классный в мире курьер, и я думаю, это лишь вопрос времени… Я кое с кем подружилась. Погода отличная. Надеюсь, у тебя на музыкальных курсах все хорошо. Скучаю, целую». С Мэдди посложнее. Она ждет, что мужчины будут пачками падать к ее ногам. И, значит, к моим тоже. Послание получилось такое: «У меня роман с самым классным в мире курьером. Все расскажу, когда приеду домой». Ничего общего с мучительной правдой, записанной в моем дневнике, но все же! Ни в коем случае не сдаваться! Я должна выдержать стиль. Подруги ждут этого от меня. Ведь это актуально только сейчас, каникулы кончатся — и все. Мама уже наклеила марки на открытки — они, наверное, окажутся в Англии раньше меня. Вдруг я поймала себя на мысли о Бене Саутвелле. Первый раз в жизни я получила хотя бы слабое представление о том, что чувствовал он. Может, послать и ему дружескую открытку? В конце концов нам все равно придется видеться в школе. Но это подождет. Он, наверное, еще не вернулся домой. Ну да, он же во Франции. Он узнал, что мы оба туда едем. А я тогда сказала, что Франция большая. Он на юг, а я на запад. Кошмар! Как я могла так с ним?!
— Софи! — акцент был ирландский, ошибиться невозможно.
— Привет, Фергал! — я подняла его записку и помахала ею. — Что это значит?
