Жаркие ночи в Майами полностью

Она протиснулась мимо динамиков, стоявших на краю танцевальной площадки, и грудь ее завибрировала от ударов звуковых волн. Женский туалет в «Айленд-Клаб» можно было найти по запаху, идущему от расположенного рядом мужского туалета. Криста зажала нос и побежала по шаткой лестнице в подвальный этаж, по дороге прижавшись к стене, чтобы пропустить пьяного. Мысль о Питере воодушевила ее. Конечно, он не приедет, но она хоть поговорит с ним. Она услышит его сонный голос, и не важно, если он будет недоволен тем, что она разбудила его. И дело вовсе не в словах, которые она ему скажет. Важно другое, гораздо более серьезное. Услышать голос Питера — значит оживить память о нем, и ее лихорадочные дневные мечты обретут плоть. Черт побери, ей будет достаточно даже услышать автоответчик Питера, если у него таковой имеется.

Неожиданно все дела оказались за миллион миль отсюда. Кампания по рекламе парфюмерии Мэри Уитни потеряла всякое значение. Лайза и Стив, Мона и этот араб могут драться между собой сколько влезет. Мэри и все прочие могут рвать друг другу сердца на части из-за бедняги Роба. Кристе это совершенно безразлично. Ее волнует только один-единственный человек. И через несколько секунд она услышит его голос. Криста вошла в кабинку и закрыла дверь. Уселась на крышку унитаза и постаралась не обращать внимания на надписи на стенах. Набрала номер. Рот у нее пересох, и она облизала губы. Что это — игра воображения, или она действительно ощущает вкус его губ? Она услышала звонок.

— Слушаю.

— Питер?

— Криста?

— Что ты делаешь?

— Где ты?

— В ночном клубе в Майами.

В ответ — молчание. Их разделяет много миль. У Кристы упало сердце. Бог мой, это оказалась вовсе не такая уж блестящая идея. Питер Стайн не мальчишка, чтобы по первому зову срываться с места. Да и она уже не в том возрасте. И тем не менее звонит ему среди ночи из туалета в клубе. Взрослые люди так не поступают.

— Я не разбудила тебя?

— Нет, я только подумывал о том, чтобы лечь спать.

Питер засмеялся. В его смехе звучало смущение. И что-то еще.

Кристу захлестнула волна желания, которая смела все сомнения и придала ей храбрости.

— Я хочу лежать с тобой в постели. Я хочу теперь делать это с тобой в постели.

— О Криста! — Голос его дрогнул. — Я скучаю по тебе.

— Хотя прошло всего четыре часа?

— Начал скучать уже через четыре секунды.

Пауза.

— Я тоже по тебе скучаю, — тихо сказала Криста. — Насколько сильно ты скучаешь? — добавила она.

Нервный смешок.

— Не знаю, могу ли я определить меру этого.

— Попробуй.

— Ты опять показываешь мне, что мне не хватает слов. Я люблю тебя, Криста. — Голос его снова дрогнул. — Где именно ты находишься? — Питер снова попытался вернуться на твердую почву.

— Опять этот вопрос «где»? Я в ночном клубе в Саут-Бич. Хочу, чтобы ты был здесь, и тебе не разрешается задавать вопрос «зачем». Помнишь?

Питер рассмеялся, видимо, как-то успокоившись. Это ее взбодрило.

— Я натолкнулась на Лайзу и Роба и еще кучу людей, а сейчас сюда из Палм-Бич едет Мэри. Это будет кошмар, и тут я подумала о тебе и о том, что это может в конце оказаться второй самый лучший вечер в моей жизни.

— Криста, это четыре часа езды на машине.

— Мы можем позавтракать вместе, потом устроить ленч и ужин и заняться тем, чем занимаются до завтрака.

— Я должен работать.

Сердце у нее екнуло. У меня есть жена. У меня есть любовница. Всегда кто-то оказывается на первом месте.

— Ты можешь работать на острове Стар. Я буду оберегать тебя. Я буду отвлекать тебя. Я буду твоим подопытным кроликом.

И тут он спросил:

— Где я могу найти тебя через четыре часа?

Криста ощутила, что на нее накатывает мощная волна возбуждения. Она никак не ожидала этого, но Питер сдался. Она победила.

— Позвони мне, и я укажу тебе дорогу ко мне. — Голос ее звучал хрипло.

— Через четыре часа ты будешь хотеть только спать.

— С тобой. Я хочу тебя, Питер.

— Ты сумасшедшая! Восхитительная, но сумасшедшая!

— Ты приедешь?

— Думаю, да.

Криста подавила рвущийся из груди боевой победный клич.

— Поторопись!

— Так я буду звонить тебе?

— Да, всю дорогу, если тебе захочется.

— Криста?

— Да.

— Это нечто совершенно необычное — то, что случилось. Ты это знаешь. Понимаешь, о чем говорю?

— Ты скажешь мне это, когда увидимся. Покажешь мне.

— Тогда до встречи. Пока.

Пробормотав прощальные слова, она нажала на кнопку окончания разговора. А потом подумала, как, черт побери, она сможет продержаться эти четыре часа — самые долгие четыре часа в ее жизни.