Из-за репутации плейбоя Лэнс Астилл стал легендой бульварной прессы. Он всю жизнь бунтовал против своего строгого аристократического воспитания и попадал в скандальные истории. Пока не встретил Сару Конрад… Соблазнить и поразвлечься с девушкой, ищущей у него убежища, было бы слишком бесчестно. Даже для него. К тому же Сара страстно умоляет его помочь ей избежать устроенного брака, такого же, от которого Лэнсу не удалось спасти свою сестру. Неожиданно для самого себя Лэнс предлагает Саре руку и сердце…
Engaged to London’s Wildest Billionaire © 2023 by Kali Anthony
«Жаркое свидание в Лондоне»
– Земля к земле, пепел к пеплу, прах к праху…
Сара стояла у королевского мавзолея, пока священник совершал погребальную службу. Небольшая группа скорбящих и официальных свидетелей, как того требует конституция Лавритании, собралась здесь в этот слишком солнечный и чудесный день, чтобы созерцать три величественных гроба короля, королевы и наследного принца, ожидающих погребения.
Она почти не обращала внимания на окружающих ее людей, полностью сосредоточившись на гробе с останками наследного принца Фердинанда Бетанкура. Гроб был накрыт флагом их страны и украшен лилиями, приторный запах которых витал в неподвижном утреннем воздухе. Всего десять дней назад она была леди Сарой Конрад, его невестой. Женщиной, которой однажды суждено было взойти на трон вместе с ним…
Истерический звук вырвался у нее из груди прежде, чем она успела его подавить. Сара прижала носовой платок ко рту, пытаясь скрыть едва сдерживаемый смех от того, какой глупой она была. Она никогда не верила, что неведение может быть блаженством, но теперь усвоила этот важный урок.
Эти ядовитые слова были произнесены шепотом в бальном зале всего несколько месяцев назад. Слова, сказанные какой-то женщиной – высокой, элегантной, светской и вообще полной противоположностью Сары, – точно указывали ей, где ее место в иерархии потребностей Фердинанда.
Она лихорадочно промокнула глаза платком, притворившись, что ее смех был горестным всхлипыванием. Заметил ли кто-нибудь звук этого почти истерического скепсиса? Потому что, по правде говоря, она оплакивала потерю Фердинанда за много месяцев до его безвременной кончины. Гибель своей инфантильной мечты о том, что, когда они поженятся, он сможет найти время, чтобы полюбить ее. Держа платок у лица, она украдкой бросила взгляд на собравшихся. И почувствовала, как по спине пробежало легкое покалывание. Она повернулась направо и поймала на себе взгляд незнакомого мужчины. Раньше она не видела его в толпе одетых в черное скорбящих и друзей, пришедших на похороны.
Теперь его нельзя было не заметить.
Он выделялся. Начиная с внушительного роста и идеального кроя темного костюма и заканчивая бесспорно властной внешностью. Все кричало о личном портном и старых деньгах. Неуместным было только выражение скучающего равнодушия на его лице, в то время как окружающие скорбели. Лицо с квадратной челюстью, раздвоенным подбородком, скульптурное совершенство формы. Его пристальное внимание заставило Сару почувствовать себя неуютно. Как будто она хотела отделиться от нее, сбросить мрачную черную одежду и превратиться во что-то более яркое и красивое. Преобразиться.
Как неуместно, учитывая, что сегодня она должна была оплакивать своего жениха. И все же она не могла контролировать то, как ее тело реагировало на этого соблазнительного незнакомца. Так же, как она не могла контролировать гнев, кипящий у нее в душе, – гнев по поводу фарса, который все вокруг нее разыгрывали. Культивируя порочную ложь о том, что у нее якобы были «серьезные» отношения с наследным принцем. Их связь была не развивающимся любовным союзом, как Сара обманывала себя, а характеризовалась полным равнодушием – по крайней мере, с его стороны.
Тут незнакомец склонил голову набок и приподнял бровь, изгиб его идеальных губ как будто говорил:
Она кожей почувствовала этот горячий и внушительный взгляд, которым он ее смерил. Словно бензин, выплеснутый на тлеющие угли ее давно подавленных желаний. Сара вспыхнула – обжигающий всепоглощающий жар охватил ее. Он знал, что она не скорбит, как остальные. Ее сердце забилось необъяснимым трепетом, как никогда раньше.
Сара отвела глаза, прежде чем ее губы успели изогнуться в ответ на его понимающий взгляд, что было бы крайне неприлично и полным неуважением к ее теперь уже бесполезным урокам королевского этикета.
Иногда человек знает, что ему под силу, а что нет, и Сара понимала, что из нее не выйдет хорошей королевы. Неудивительно, что Фердинанд не мог ее полюбить. Со всеми «неподобающими» эмоциями, грозившими вырваться из нее, – из-за чего ее родители и придворные, которым было поручено превратить ее в идеального будущего монарха, требовали от нее жестокой сдержанности.
И им это почти удалось.
