Еще до того, как мы увидели порт, мы почувствовали его запах. Когда мне стало ясно, что я, скорее всего, никогда больше не увижу эту реку, я остановилась, закрыла глаза и глубоко вдохнула. Аромат морских водорослей и ила, соли и земли, которая придавала реке коричневый цвет, должны были навеки запечатлеться в моей памяти. От многочисленных рыбацких лодок шел запах рыбы, который впитался в дерево так, что оно пахло даже тогда, когда улов был давно выгружен из лодок.
Луна наконец-то выбралась из-за тучи и осветила высокие крыши складов, которые построили французы, и огромные пароходы, гудки которых были слышны далеко в городе. Путешествие на одном из таких кораблей, конечно, было бы более приятным, но столько денег у нас не было. А то, что у нас было, нам понадобится для того, чтобы в новой стране, куда доставит нас корабль, начать новую жизнь.
Наш корабль будет отплывать из другой части порта, где были пришвартованы не только рыбацкие лодки, но и корабли контрабандистов.
— Хуанг — контрабандист, правда? — спросила я Тхань, потому что она ни словом не обмолвилась о том, что этот человек — рыбак.
Если у него была маленькая джонка, то он, наверное, был контрабандистом. Для плаваний ему нужен был маневренный кораблик, который мог бы проплывать мимо французов, не выдавая себя шумом двигателя или паром.
— Надеюсь, он ждет нас, — прошептала Тхань, осматривая причал.
На волнах качалось много парусников и лодок, однако человека, который должен был взять нас на борт, видно не было.
— Конечно, ждет, — успокоила я ее.
Мы медленно пошли дальше. В это время в порту околачивались не только моряки и контрабандисты. Иногда тут появлялись также девочки из Телона, которые надеялись найти себе клиента, ничего не заработав у себя в квартале.
Вдруг перед нами появились какие-то тени. Неужели это люди Хуанга? Скорее всего, это были они, потому что направлялись прямо к нам.
— Эй вы! — по-французски обратился к нам один из мужчин.
Это было неудивительно, поскольку контрабандисты работали и для французов, и с французами. Большей неожиданностью для меня было то, что человек, чье лицо я увидела первым, был европейцем.
— Так это вы те девочки, которые хотят уехать из Сайгона?
— А где Хуанг? — спросила я по-французски.
Мужчина почесал голову:
— Он ждет на корабле. Он послал нас сюда, чтобы забрать вас.
Я схватила Тхань за руку и притянула ее к себе:
— А это действительно люди Хуанга?
— Должно быть, это они, — ответила она.
— Но эти люди — tây! Неужели они будут работать на вьетнамца?
— У контрабандистов свои законы, — ответила Тхай. — Их команды состоят из разных людей, в том числе из tây.
— Ну, в чем дело? Вы хотите ехать или нет? — нетерпеливо спросил мужчина.
Двое его сопровождающих как-то странно уставились на нас.
Тхань, может быть, и была права, но вид этих людей не вызывал у меня доверия. Но если мы сейчас убежим от них, то, вероятно, упустим возможность уехать отсюда.
— Хорошо, мы идем с вами! — ответила я.
Окруженные мужчинами, мы быстро пошли вдоль берега, пока наконец не очутились перед какой-то шхуной. Это удивило меня, потому что, собственно, у Хуанга должна была быть джонка.
— А это действительно тот корабль? — спросила я.
— Нет, это…
Но прежде чем Тхань закончила фразу, мужчины грубо схватили нас и потащили к трапу.
— Мы не можем ждать всю ночь, — проворчал главный, а один из его спутников сказал что-то на языке, которого я не понимала.
Хотя мы ожесточенно сопротивлялись и кричали, призывая на помощь, не появился никто, кто мог бы остановить этих мужчин. Поскольку мы не могли им противостоять, они затащили нас на корабль, к люку, который был почти не виден на палубе.
— Давайте их сюда! — раздался чей-то грубый голос с резким акцентом, а затем нас толкнули вниз.
Мы чуть не упали, но нас подхватили какие-то люди, которые ждали в темноте, и затащили внутрь корабля.
Как мы ни кричали, как ни сопротивлялись — ничего не помогло. Люк над нами захлопнулся. Мы были в западне. Мужчины потащили нас дальше в маленький отсек, который был отделен от трюма крепкой решеткой.
— Отпустите! — снова закричала я. — Наши семьи будут нас искать! Они пошлют вдогонку за вами полицию!
Мужчины грубо расхохотались.
— А я думал, что вы очень хотите оказаться подальше от своих семей! — насмешливо сказал один из них. — Вот мы вас и увезем!
Я поняла, что Хуанг нас предал. Наверное, он получил за нас кучу денег.
— А куда? — испуганно спросила Тхань.
Ответа она не получила.
В следующее мгновение у нас не осталось даже вопросов. В отсеке мы были не одни. За решеткой на корточках сидело десять-пятнадцать девочек. У всех был испуганный вид. У нескольких девочек были кровавые царапины на лице и руках, у кое-кого были синяки, словно мужчины избили их, потому что они отказывались идти на корабль. Один из мужчин открыл дверь. Она тихо заскрипела, когда он потянул ее на себя.
— Марш туда, и ни звука! — гаркнул мужчина. — Если будете вести себя хорошо, вас не будут бить.
