Сначала мужская часть нашей компании надолго потерялась на выставке новеньких экипажей, оценивая самые последние модели, а девушки и женщины потянулись к палаткам с тканями и украшениями. Затем, встретившись в условленном месте, мы направились в ряды с домашней утварью и предметами интерьера.
– Слушайте, я тут подумала… – вполголоса обратилась к нам с Марьяной Герда. – Что-то подозрительно молчат господа императоры после того, как мы их советников отшили.
– Значит, это не молчание, а затишье перед бурей, – философски заметила ее кошка.
– Ты думаешь, что нас скоро вызовут на аудиенцию? – спросила я у Герды.
– Не думаю, а уверена, – ответила подруга, нахмурив брови.
– Значит, мы еще раз повторим все наши пожелания относительно нашей дальнейшей участи. Вот и все, – сказала Марьяна тихо, но мы с Гердой ее услышали.
– А давайте будем решать проблемы по мере их поступления? – предложила Лорин, устроившись на плече у Марьяны.
– Кстати, а вам с утра Совет потомков тоже прислал почтой защитный амулет? – задала я вопрос, машинально коснувшись цепочки, обвивающей запястье.
Ответом мне стали кивки.
– Ого, ничего себе мордень, аха-ха-ха-а-а-а! – раздался рядом с нами возглас какого-то мужчины, прервавший нашу беседу.
Как оказалось, обидной ремарки от незнакомца удостоился мирно стоявший верблюд, который спокойно что-то жевал, но ровно до того момента, пока его ушей не достигли слова неизвестного лорда. Едва услышав его возглас, животное резко повернуло голову и гневно на него воззрилось.
– Верблюд как верблюд. Самый обыкновенный, – промолвил Джеран, равнодушно пожав плечами.
– Ой, не могу, ой, умора, какой же он нелепый, долговязый! Еще и что-то там жует постоянно. Интересно, а у этой скотины блохи есть? Аха-ха-ха! – вновь закатился неприятный незнакомец идиотским смехом, а мне стало жаль этого верблюда.
В конце концов, если говорить о поведении, то скотиной сейчас был вовсе не верблюд. На самом деле он был очень даже милым и совершенно не заслуживал того, чтобы над ним смеялись. Или это говорит во мне страх перед такими ситуациями?
– Послушайте, лорд, не знаю, как вас там… Что вы к животному прицепились? Шли бы вы отсюда! – рявкнул Джеран.
Мужчина продолжал покатываться со смеху, не замечая возмущенного взгляда верблюда, а потом вдруг резко замолчал. Причиной этому стал огромный смачный верблюжий плевок во все лицо – только торчали два выпученных глаза незадачливого шутника. Несправедливо досталось и рядом стоящему Джерану, который от изумления и шока просто смотрел на нас, не в силах вымолвить ни слова. Все присутствующие на миг потеряли дар речи.
– На свою рожу посмотри, кожаный двуногий охламон! Троллья отрыжка! – злобно прошипел верблюд, глядя в сторону незнакомого лорда, который тут же поспешил уйти.
– А я-то тут при чем? – отмер наконец Джеран.
Верблюд смерил его взглядом и досадливо цокнул языком:
– Прошу меня простить, вас мой плевок зацепил совершено случайно.
– Ну да, ну да… Мне, как всегда, везет на подобного рода случайности, – заметил с сарказмом Джеран. – Нет бы случайно проснуться поутру в одной постели с красивой женщиной или случайно выиграть миллион фиров…
– Слушай, Джеран, а тебе идет! – вымолвил Свенельд, который до этого сотрясался в беззвучной смеховой истерике. – Еще нос красный добавить, и готовый Дед Мороз для новогодней вечеринки местных модников. А если ты научишься медленно и красиво раздеваться под музычку, то можно и в Красный квартал ходить на подработку.
Послышались сдавленные смешки. Я с подругами еле сдерживалась, чтобы не захохотать в голос. Мариус протянул Джерану льняную салфетку и флягу с водой, и тот принялся избавляться от последствий верблюжьего гнева.
В это время хозяин верблюда, отвлеченный до этого покупателями, наконец-то обратил внимание на происшествие.
– Мунир, в чем дело? – удивленно спросил он верблюда, поглядывая в сторону жертвы своего питомца.
– А тут один двуногий клоун нанес мне оскорбление и получил по заслугам, – пояснил Мунир. – Правда, он уже унес отсюда ноги, а этому лорду в ярком костюме просто не повезло оказаться рядом с тем идиотом.
– Что-о? Боги всемогущие, как неудобно вышло! – воскликнул торговец. – Мне так неловко! Мунир у меня спокойный, просто не любит, когда над ним потешаются.
– Этого никто не любит. А верблюд ваш просто прелесть, – сказала я торговцу, желая разрядить обстановку, и, подойдя к Муниру, погладила его длинную шею.
Мои подруги присоединились ко мне, отчего животное блаженно прикрыло глаза.
– М-м-м, хорошо, я сменю гнев на милость, но только ради вас, юные леди, – промолвил повеселевший верблюд.
В качестве извинения за инцидент со своим питомцем торговец предложил Джерану в подарок большой отрез роскошной яркой костюмной ткани, а мама, Фрея и Лиаль пожелали купить у хозяина верблюда одеяла и пряжу.
