Первую часть оставил караулить группу Папаши возле ловушек — Витас был тут же. Бездушные, повинуясь мысленной команде, резво попрятались в джунглях, Опарышек закопался возле дороги.
— Эдрик! — крикнул я, сидя на горбу Бабангиды. — Слезай давай! Они не тронут.
— Нет! — с диким ужасом заорал парнишка. — Много! Страшные! Челюсти клац-клац!
— Да не тронут, не дрейфь! Все под контролем.
— Я на пост! Сидеть, смотреть! Потом сэр Гейч сидеть. Правила!
— Ладно, черт с тобой. Я бы и сам зассал, сто пудов. А ты молодец, Эдрик! Хвалю!
Мой живот заурчал, требуя еды — до сих пор не восстановился до конца после вчерашних ранений, и постоянно хотелось есть.
Сейчас зомби отведу в засаду — и можно позавтракать. Потом, чую, будет не до того.
Только я, миновав все ловушки, «привязал» зомби к нужным местам и вошел на территорию электростанции, как меня перехватили Макс и Вика.
— Ден! Идем, покажу все, что мы сделали! — схватил меня за руку бывший сисадмин.
Я видел ловушки, в производстве некоторых сам участвовал. Когда уходил за бездушными, оставалось присыпать ловушки палыми листьями для маскировки. Потому сказал:
— Да видел я их. Мне бы поесть…
— Обед будет через двадцать минут, его Карина готовит. — Вика взяла меня под руку. — Ну идем, ну пожалуйста! Их реально не найти! Даже если знаешь, что они есть.
Макс оскалился, и я сдался. Ей-богу, как дети малые! В конце концов, проверю, переключаются ли зомби с моей команды на выживших.
Мы вернулись к месту, где была первая ловушка. Я покосился на заросли, где сидела засада.
Не агрятся. Хорошо.
— «Проглот» к бою готов! — козырнул Макс, указывая перед собой.
Если бы я заранее не знал, что там под слоем веток и пожухших листьев полутораметровая яма с наточенными бамбуковыми кольями, ни за что не догадался бы.
То, что пару дней назад казалось детским капризом и желанием Макса поиграть во вьетконговца, на деле оказалось серьезной смертоносной задумкой.
Асфальт на старой дороге присыпало многолетними напластованиями листьев, веток и земляных наносов, а недавний ураган эти наносы обновил. Если не знать, то и не скажешь, что тут дорога — кое-где на ней уже произросли молодые побеги.
Ловушку сооружали у меня на глазах. С ямой и кольями проблем не возникло. Самым сложным оказалось замаскировать ее — пришлось нарезать свежих тонких прутьев, сложить параллельно друг другу, присыпать травой, потом землей, да совсем чуть-чуть, чтобы прутики не прогнулись, и покрыть сгнившими листьями.
Макс дал имена всем своим ловушкам. «Проглот» рассчитывался на то, что туда упадет автомобиль. Помимо этой, вокруг выкопали пять аналогичных ловушек поменьше — их Макс назвал «сестричками». Расчет был такой: пешие бросятся на помощь попавшим в яму, упадут сами и напорются на штыри, либо в ловушку угодит нога.
Надежда, что мелкие ловушки сработают, была, но минимальная. Я больше рассчитывал на бездушных. Но судьба так часто преподносила сюрпризы, что лучше перестраховаться. Особенно, когда силы столько, что любые задумки реализуются быстро. Даже хилый Макс офигел от своей новоприобретенной выносливости — все-таки с каждым уровнем система делала претендентов сильнее.
В общем, первая линия обороны — ловушки, вторая — бьющие в спину интервентами зомбаки. А если у врага будет супероружие против бездушных, то мы займем заранее оговоренные позиции в электростанции с огнестрелом.
После осмотра ловушек мы занялись распределением оружия. Все трофейное вооружение филиппинцев было разложено на столе в диспетчерской.
— Итак, что у нас есть, — пробормотал я, осматривая арсенал. — Пять «Скорпионов», шесть пистолетов, три ружья, один обрез. Патронов в среднем по семь-восемь на ствол.
— Мало, — заметил Рамиз. — Если они приедут большой группой, боеприпасов не хватит.
Да откуда там большая группа, — фыркнула Карина.
— С филиппинцами вась-вась, — предположил Сергеич. — Думаете, та макака нам правду сказала?
Никто спорить с ним не стал, ведь лучше перебдеть, чем недобдеть. Главное правило планирования: если есть возможность, что что-то пойдет не так, это обязательно пойдет не так.
— Вот и я говорю: всякое возможно, — повторил Рамиз. — Так что патроны экономим.
— Зато у нас есть послушные зомби, — напомнил я. — Главное — не дать врагам прорваться к зданию. До этого, надеюсь, не дойдет.
— А если зомби не справятся? — спросила Вика.
— Справятся. У них уровни выше, чем у людей Папаши.
— А вдруг не справятся? — продолжала настаивать Вика.
— А если не справятся… — Я пожал плечами. — Тогда отходим вглубь здания и используем ловушки Макса.
Мы проработали несколько сценариев развития событий. Как ни крути, выходило, что зомбаков нужно натравливать до ловушек, чтобы отвлечь врагов.
И тогда вырисовывалось три сценария.
Оптимистичный — зомби разделают всех нападающих, даже не дав им добраться до «Проглота». Реалистичный — часть людей Папаши прорвется к зданию, но погибнет в ловушках. Пессимистичный — нам придется драться внутри здания, а потом призывать вторую часть зомби.
