4-ю гвардейскую мотострелковую бригаду подняли по тревоге через два часа после отбоя.
Неожиданно прозвучавшая команда дневального:
– Рота подъём, тревога! – подняла пулемётный взвод. Рядом суетливо натягивали галифе и гимнастёрки, наматывали портянки бойцы первой роты.
Вскоре прибежал запыхавшийся командир пулемётного взвода, младший лейтенант Рублёв, высокий, худощавый – двадцатилетний парень.
– Чё, опять в поле грязь месить пойдём? – спросил его
кто-то.
– Не знаю ещё куда, может в поле, а может и в лес, – ответил взводный и позвал командира первого пулемётного расчёта. – Младший сержант Зорин!
– Я! – отозвался Зорин.
– Выводите взвод строиться на улицу и быстрее братцы, быстрее, там уже комбат ждёт.
– Есть! – гаркнул младший сержант. – Взвод, за мной бегом марш! – скомандовал Зорин и побежал к выходу…
Потом было построение. Подразделения батальона построились в установленном порядке. На правом фланге управление батальона, включавшее в себя взвод связи и хозяйственный взвод. Затем пулемётный взвод и далее повзводно первая, вторая и третья роты.
После доклада начальника штаба комбат, капитан Жаков, озвучил перед строем приказ командира корпуса.
Как стало известно 2-й танковый корпус и 5-я танковая армия почти полностью окружили немецкие дивизии, держащие оборону у Орши, перекрыв все пригодные для отступления дороги. Свободной осталась лишь старая, но укатанная грунтовка, проходящая через занимаемое немцами местечко Староселье и ведущая на Борисов.
Предвидя попытку прорыва немцев этой дорогой, командир корпуса приказал 4-й мотострелковой бригаде и 4-й танковой бригаде выдвинуться ускоренным маршем к Староселью, атаковать и захватить его.
Тут же выполняя команду – Шагом марш! – первый батальон и примкнувший к нему третий батальон пешими колоннами двинулись в сторону Староселья. Опережая их, передовым отрядом, выехал на автомобилях второй батальон. Где-то впереди громыхали танки, лязгая гусеницами…
Шли всю ночь, иногда останавливаясь на кратковременный отдых.
К Староселью прибыли утром. В 10 00 бригады развернулись к бою южнее деревни, Кувечино. И при поддержке подоспевших самоходно-артиллерийского и миномётного полков, атаковали Староселье. Атака развивалась успешно, и через какое-то время оно было взято.
Танкисты и приданные им автоматчики прошли дальше, преследуя отступивших немцев, а мотострелковые батальоны заняли оборону у местечка. С захватом Староселья была перерезана дорога на Борисов и окончательно окружена Оршанская группировка противника.
Сегодня маленького шестилетнего Витьку первый раз взяли на сенокос. Накануне вечером он долго бегал то за матерью, то за отцом и занудно канюча, упрашивал взять его с собой.
– Мама возьмите меня, ну, пожалуйста, мам.
– А кто сынок будет за маленьким приглядывать? – спрашивала у Витьки мать, показывая на играющего у печки ребёнка.
– А ты соседку тётю Валю попроси, она приглядит, – рассудительно отвечал Витька, имея в виду мать Наташки, своей подружки по играм. – Тятя, Тятя, ну возьми меня, я буду всегда тебя слушаться и никогда больше не буду Наташку за косу драть, – продолжал он клянчить, крепко ухватив отца за штаны. – И на сеновал без разрешения не буду лазать.
– Хвастаешь поди? А что мать, может возьмём пострелёнка? А то ведь и поспать не даст, а вставать нам рано, – посмеиваясь в усы, говорил отец, устав отмахиваться от сына и поглаживая ладонью его по головке.
– Давай возьмём, только проснёшься ли, сынок? Мы на самой зорьке поедем, как корову подою, так и поедем, – отвечала мать ласково глядя на сына.
– Сами не проспите, а я ещё вас разбужу, – уперев руки в бока, заявил мальчишка.
– Ну, если и нас разбудишь? Тогда отец пойду Валентину просить, пусть маленького к себе заберёт, как скотину в стадо выгонит…
***
Но Витька всё проспал. И как мать корову доила, как укладывала в корзинку еду на завтрак, даже не проснулся, когда отец на руках выносил и укладывал его на брошенную в телегу, накрытую холстиной охапку прошлогодней соломы. Не слышал как отец, понукая, гнал лошадку за деревню, в пойму небольшой речушки, где была хорошая и ещё не скошенная сельчанами трава.
Лишь когда золотые лучи взошедшего над лесом солнца упали на лицо мальчика, сладко спящего под лоскутным одеяльцем накинутым матерью, он проснулся:
– Мама, что это? – удивлённо спросил Витька, открыв сонные глазки, такого он ещё не видел.
– Это сынок солнышко встаёт.
– Как красиво, я теперь каждое утро буду солнышко встречать, – прошептал парнишка…
Потом он бегал между валками свежескошенной травы.
– Вжик, вжик, – размахивал косой отец.
– Вжик, вжик, вжик, – пела в его руках литовка.
Оставшиеся стебли травинок иногда больно кололи босые ножки мальчишки, но Витька, не обращая на это внимания, весело крича и улюлюкая, помогал матери, разбивающей валки для просушки самодельными граблями…
