— Фильмы всякие. У нас университетское Общество британских фильмов ужасов. Мы собираемся вместе наверху в пабе…
— В каком пабе?
— «Фримейзенс армс». Милитари-роуд. Новый город.
Роза знала этот паб и кивнула, предлагая ему продолжить.
— Ну, мы… Вот, собственно, и все. Мы сидим и смотрим фильмы на громадном видеоэкране. Обсуждаем, немного выпиваем. — Он оживился, его захватило то, о чем он рассказывал. — Иногда мы приглашаем кого-нибудь выступить. У нас даже был Ким Ньюман[15].
По тому, как он произнес это имя, Роза поняла, что сказанное должно было произвести на нее впечатление. И решила его не разочаровывать.
— Мне нужны их имена, — сказал она, вытаскивая блокнот.
Он продиктовал их.
— И что вы смотрели вчера вечером?
Глаза его загорелись.
— Там было сразу два фильма. «Больница ужасов» и «Лунные убийцы». — Он рассмеялся. — Уморительно.
— Да, — сказала Роза, — с убийствами всегда так. И вы были там всю ночь?
Он кивнул. Потом облегченно откинулся назад. Расслабление зажгло в его глазах нахальные искорки.
— Таким образом, сержант, вы сами видите, что у меня есть алиби. Опять.
— А еще у вас есть ключ.
Самоуверенные искорки тут же погасли.
— Что?
— Ключ. От квартиры Сюзанны. Тот самый, который вы ей так и не отдали. Где он?
Он снова быстро огляделся, покрутив головой из стороны в сторону. В глазах его читалась немая мольба, чтобы кто-нибудь пришел к нему на помощь.
— Ключ, вы помните?
— Я… я не знаю, где он. Я… уже сто лет его не видел.
— Зачем вы держите его у себя?
Он пожал плечами.
— Не знаю. Я просто… — Он вздохнул. — Не знаю.
Роза кивнула.
— Я просто не отдал его. Вот и все. Она никогда не просила об этом, вот я и не отдал.
Он сделал умоляющий жест в отчаянии оттого, что ему не верят.
Роза не мигая смотрела ему в глаза. У нее было ощущение, что здесь что-то не так, но в то же время она понимала, что сейчас больше ничего от него не добьется. Она захлопнула свой блокнот и встала.
— Пока это все. Но никуда не уезжайте, чтобы мы могли вас найти. Мы с вами обязательно еще побеседуем.
Она оставила Марка Тернера за столом, довольная тем, что удалось смутить его и заставить нервничать.
Но ощущение победы длилось недолго. Ей еще предстояло путешествие вниз на лифте.
Фил стоял перед входной дверью дома, подняв руку, чтобы постучать. Но в последний момент остановился.
Улица в Новом городе, сплошная застройка, старые дома. Двери выходят прямо на тротуар, никаких палисадников. Окна справа и слева от входа расположены низко, так что прохожие легко могут заглядывать в них и наблюдать жизнь незнакомых людей, как по телевизору.
Вообще в Колчестере нет высотных домов, как нет и беспорядочной застройки. В отличие от Нового города. Тут протянулись бесконечные улочки старых домов из красного кирпича, извивающиеся, внезапно сужающиеся, путающиеся… Здесь ничего не меняется. Наркотики, проституция, уличные банды — все это буйно процветает в Новом городе и управляется именно отсюда. Фил не был наивен и не считал, что все, кто живет здесь, являются преступниками. Но это был бедный район, а бедность — его этому учили, но он знал это и по собственному опыту — создает все условия для разгула преступности. Бедность ведет к зависти, озлобленности, отчаянию. И к преступлению. У дороги возле универсама «Алди» стоял новый элитный охраняемый жилищный комплекс — обреченная на провал попытка облагородить эту территорию, чтобы привлечь жильцов с толстыми кошельками и как-то поднять статус района. Местные жители не приняли его, и теперь здесь был самый высокий в городе уровень краж имущества и машин.
Путь от зависти к озлобленности и отчаянию.
К преступлению.
Он осмотрелся. Большинство домов были довольно ухоженными, ветхие оконные рамы и деревянные двери в них были заменены современными пластиковыми. Но некоторых домов это не коснулось, их двери и окна были просто трухлявыми — внешний признак разрухи, которая царила внутри.
Фил стоял перед новой пластиковой дверью.
— А это точно тот дом? — спросила Фиона Уэлч.
Фил не хотел брать ее с собой, но она настояла. Она будет сидеть тихонько и молчать, пообещала она. Только наблюдать. Это поможет ей составить отчет, правда поможет. Веселая, все время улыбается, глаза блестят. Фил сдался. Не потому что хотел, чтобы она попала сюда, а потому что думал, что для написания доклада ей понадобится вся возможная помощь.
— Тот, — ответил он.
— Держу пари, вы уже не раз бывали на этих улочках, — сказала она.
— Большинству колчестерских полицейских приходится рано или поздно оказываться здесь.
— Не удивительно, — сказала она и слегка улыбнулась. — Все притоны и бордели находятся здесь…
— Не все, — возразил он. Его раздражал ее туристический тон. — Здесь много жилья сдается в аренду. Студенты, иммигранты… Некоторые дома принадлежат пожилым людям. Слишком старым, чтобы следить за своей недвижимостью.
— Так перевезите их в дома престарелых. И не давайте захламлять улицы.
Голос ее внезапно стал холодным.
Фил взглянул на нее и нахмурился. Она улыбнулась ему.
