Любовь способна «подкараулить из-за угла» самых несочетающихся между собой людей. Случилось такое и с красавицей, доцентом МГУ, и студентом из далекой сибирской деревни. Их чувству не смогли помешать не только сплетни и интриги, но даже ненависть мужа главной героини – страшного и жестокого человека, полковника КГБ Свинцова. Гибель женщины разлучает влюбленных, но остается жажда мести, утолить которую может только смерть. В остросюжетную канву романа, где события происходят в 1970-е годы, вплетены встречи героев с известными личностями той эпохи – Людмилой Фурцевой, Юрием Андроповым, Леонидом Брежневым и Галиной Брежневой, что делает повествование еще более жестким и реалистичным.
И тогда он увидел все, как было в жизни, ибо владеть собой – удел умных, но владеть другими – право сильных.
Молодой человек во дворе Московского университета, что на Моховой улице, появился довольно рано. Вдыхая свежий утренний воздух, он уселся на скамейку под деревьями и предался созерцанию проходивших по улице женщин. Открытое лицо, обрамленное пышными черными волосами, тонкое и гибкое тело, внимательный и умный взгляд, полный любопытства и жажды к жизни. Молодой провинциал из далеких сибирских краев думал о странном поведении красивой молодой преподавательницы, которая принимала у него вступительные экзамены по литературе.
Его чувства и мысли смешались. Волнение в голосе, удивленный и заинтересованный взгляд – все свидетельствовало о явном интересе к нему. Она торопливо, как ему показалось, поставила «отлично» и пригласила на кафедру «поговорить».
– Что, за девочками наблюдаешь? – услышал он насмешливый голос, и обратил внимание на сидевшего на другом конце скамейки парня. – Давай поищем приключений вместе. Я тут рядом живу. Можешь шмотки у меня оставить. Меня, кстати, зовут Борис.
– Владимир Волгин.
– Не смущайся, я такой же студент, инженерно-физический институт, третий курс. Честно говоря, больше люблю «тициановских» девочек, у которых все изумительно – фигурка, голосок, глаза, ножки. Так что поехали ко мне; дома один, отец у меня генерал, сейчас на даче. Вот жду, когда тут откроется студенческая столовка. Или боишься случайных знакомств?
– Я никого не боюсь. «Если ты встретил на жизненном пути первого встречного, знай, что он тебе в лучшем случае не заклятый враг».
– Где прочитал? – поинтересовался Борис, усмехаясь.
– Сам придумал, житейские наблюдения. Ведь в борьбе за жизнь слабых не бывает.
– Ну, ты философ, Платон! – воскликнул восхищенно Борис, удивленный отточенностью афоризмов нового приятеля. – Послушай, давай дружить, а?
– Дружба – сладкое рабство, Борис, если хочешь знать.
– Слушай, ну, тогда поехали ко мне, отличная квартира у меня, генеральская! Две комнаты. – Борис откровенно горел желанием пригласить к себе новоиспеченного знакомого.
Минут через двадцать они отправились к Борису, который по дороге продолжал рассуждать о «тициановских» девочках и о том, как это здорово, что они встретились.
– Я про них знаю все досконально, Володь! «Только если женщину вы превратите в существо – как бы высшее и будете поклоняться ее красоте, превратите ее в источник своего восхищения и возведете в своем нежном сердце пьедестал для ее красоты, только тогда вы найдете искренний путь к ее обладанию». Путь женщине и ее телу тернист, но прост – преклонение, восхищение, обожествление! Когда ты преклоняешься перед женщиной, ты должен испытывать странное, неповторимое чувство полета в высшие слои атмосферы, где обитаютбоги!
Вскоре они оказались в большой коммунальной квартире Бориса, где жило по крайней мере несколько семей. Борис без умолку болтал, стараясь отвлечь внимание приятеля от неприглядного коммунального быта – щелястые полы, заставленный всяким хламом темный коридор, гнилостный запах. Волгин отметил «отличную генеральскую квартиру» Бориса как умение врать: «соврет – недорого возьмет». Коммуналка находилась на первом этаже, и из окон были видны только непрерывно топающие по улице ноги.
Через полчаса они заспешили обратно. Борис снова рассуждал о девочках.
– Да я москвичку по походке узнаю! – воскликнул Борис, останавливаясь. – Как ты не понимаешь? Это особая статья. Они одевается так, ну так, знаешь, как никто! Мужской взгляд на их зад падает непроизвольно! Я их не люблю! Мне подавай девочку-провинциалку, которая суп сварит и по одному месту погладит. Но! Москвички – особая статья. Они доступнее. Но не просто себя на тарелочке преподносят, нет, они если выбирают, то выбирают сами. Понимаешь?
– А ты предпочитаешь послушных и работящих, – усмехнулся Волгин. – Когда женщине делать нечего, она придумывает любовь.
– Послушай, вот я вчера раздел одну, а она мне говорит: за мною, милый, не гонись. А я ей: дорогая, гонюсь не за тобой, я гонюсь за своим желанием, а так мне наплевать на всех. Человек свободный. Хочешь к нам в МИФИ на вечер? Я тебя без билета проведу. Я тебя к нам приглашу, а ты меня к себе. Ты на факультет журналистики поступил?
– Хотел. Не было публикаций в газете. Пришлось на филологический.
– На журналистику сложнее, я думаю.
– Поступил бы, – уверенно ответил Волгин. – На филфак конкурс тридцать один человек. На «отлично» сдал.
