Гермиона почти не соображала, а он двигался в ней, исступленно, потерянно, полностью поглощенный тем, что билось в его глазах. Дикая тьма, страшная сила желания. Он зарычал и сильнее стиснул ее бедро.
Она всхлипнула:
- Малфой…
- Нет…
И поняла - вдруг, на дне крутящейся воронки пульсирующей боли и отголосков наслаждения, терзающих мозг - надо было подумать… и попытаться понять, что сказать… - он повторил опять. Казалось, он был так близко к чему-то, слишком быстро и слишком сильно, что ей надо было… у нее не было выбора, слова сорвались с языка:
- Драко… - и еще раз, потому что, услышав, он сильнее двинул бедрами, вдавил ее в пол так, что, кажется, в ней что-то хрустнуло, но это было неважно. Не сейчас и не после, до тех пор, пока она с ним, и она повторила, на этот раз громче:
- Драко…
Горячая, жаркая влага внутри затопила ее. Драко била крупная дрожь, он крепко зажмурился, резко хватая ртом воздух на волнах экстаза, снова и снова прокатывающихся по его телу.
И замер, на несколько кратких секунд совершенно застыл. Гермиона смотрела на него во все глаза, а потом его руки медленно подогнулись. Он плавно, со стоном выскользнул из нее, пытаясь не придавить, и упал рядом на влажный каменный пол. Задыхаясь. Как загнанный конь.
- Грейнджер…
Ей удалось чуть-чуть, очень медленно повернуть голову. По его щеке текли слезы. Как у нее. Они вдвоем. Измученные, на полу.
Но он ничего не сказал. Только молчал и тихо дрожал всем телом, и Гермиона снова стала смотреть в потолок. Попыталась закрыть глаза и опять почувствовать его тепло внутри. Все что угодно, чтобы приглушить жгучее чувство пустоты от того, что они сделали. Или чтобы вернуть его. Тело горело от боли.
Мысли мешались; возможно, оно все еще здесь. Сейчас. Как в бреду. Она хотела лежать так как можно дольше. Всегда. Чтобы не вспоминать, почему они плачут, лежат там и плачут. Беззвучно, как про себя. Или друг другу.
И тогда, сквозь тьму зажмуренных глаз, Гермиона почувствовала, как что-то коснулось ее руки. Горячие влажные пальцы робко обхватили ее ладонь, тихо и осторожно сжали. Ее сердце замерло.
Она открыла глаза. Чуть повернула голову - к нему, к Драко. Он лежал, уставившись в потолок. Все еще задыхаясь, все еще с мокрым лицом, и не смотрел на нее. Кажется, вовсе не замечал. Можно было подумать, что он опять замкнулся в себе. Забытый. Отверженный.
Если бы не ладонь, чуть дрожащая на ее руке. Будто он боялся, а вдруг - вдруг она ее просто сбросит.
Очевидно, в этот странный момент Гермионе Грейнджер, лежащей, держась за руки с Драко Малфоем, следовало бы иметь куда больше сожалений. Но она не могла себя заставить. По крайней мере, сейчас.
Отвернулась, закрыла глаза и стиснула его пальцы.
И медленно, постепенно его дрожь начала стихать.
Глава 13. Часть 1.
Боль, слезы, секс. Кровь.
И это то, к чему они пришли. На следующее утро…
С чего начать.
Он не знал, почему так было. Не имел ни малейшего понятия, почему в голове не мелькало даже подобие мысли, с тех пор как это случилось. Безмолвие. Почти полная тишина, пока Драко сидел в кресле в углу ее спальни. Только неясный шум в сознании, только расслабленность, которые проскальзывали через пустые участки его собственного неверия. В безмолвии. Легкий шум в ушах, ровное дыхание, затихающее биение сердца – он чувствовал его кожей… и больше ничего.
Драко сидел здесь, в этом самом кресле, все в той же тишине, с того самого момента, как положил ее на кровать столько часов назад. Когда за окнами ее спальни сквозь гущу деревьев еще не пробивалось бледное сияние рассвета. Он просто опустил ее туда - на белые простыни – со следами синяков и кровоподтеками, и обессиленную.… И, возможно, она ждала, что он ляжет рядом с ней. Или может даже ждала, что он уйдет вообще.
Драко понял, что не может сделать ни того, ни другого. Поэтому он просто пересек комнату и сел. Все время на одном месте, устремив взгляд на ее спящую фигурку, почти не мигая. Просто смотрел на Гермиону, на ее покалеченное, обессиленное тело, вдалеке от реальности в своих снах.
Но реальность наступила до этого. В тот момент, когда они оба лежали на полу в ванной комнате…пол в ванной комнате. Первая связанная мысль проникла в голову Драко. Он до сих пор не убрал разбитое стекло.
Но затем мысль покинула его также быстро, как и появилась до этого. Неуместно. И снова вернулась оцепенелая тишина.
Они лежали на холодных каменных плитах: незащищенная кожа, бросающиеся в глаза синяки, отчаянно бьющиеся сердца. И возможно, он должен был сделать что-нибудь. Ему, несомненно, нужно прикоснуться к ней еще раз, чтобы остудить горячую кровь и убить внезапный порыв серьезности, который вспыхнул в его возвращающемся сознании. Потому что Драко не был готов. Он не был готов прийти в себя и вернуться, а еще думать о том, что только что случилось между ними. И да: ему просто необходимо прикоснуться к ней еще раз. Он не имел ни малейшего понятия, почему или как. Он не ждал что, что-нибудь вернется. Но он все еще мог чувствовать покалывания в ладони, в то время как рука покоилась на подлокотнике его кресла.
