- Диадема пока еще в Крыму, - произнес Виктор Уланов, - в одном из автобусов, ждущих открытия переправы в порту Крым. И как только паромное сообщение возобновится, она будет потеряна снова - уже навеки. Думайте, господа, - он прошелся по залу, - что вам важнее: поскорее сбагрить дело в архив или вызволить историческое наследие из рук злоумышленников. Если первое - можете стереть видео, объявить его фейком и постановкой и дальше твердить о блистательной работе следствия. А если второе - помните о том, что времени у нас в обрез: только пока действует режим ЧС. Сама судьба решила помочь нам отобрать государственную ценность у похитителей, но используем ли мы предоставленный ею шанс? Второго уже не будет!
Гром зрительских оваций был ему ответом.
* ДОРОГА СЕВАСТОПОЛЬ - КЕРЧЬ
Сентябрьские дни в Крыму были еще длинными, и Уланов надеялся до темноты добраться до Керченского полуострова. Дороги он уже знал хорошо; выручал навигатор, который отслеживал еще и пробки или неработающие трассы и оповещал о них заблаговременно. Машина адвоката, юркий маневренный "ауди", мчалась по дороге рядом с будущей новой трассой, лавируя и сигналя.
На заднем сиденье устроились Белла и следователь Томский. Последний почти не выпускал из рук телефон, ведя переговоры с Керченским ГУВД. Выехали они сразу, выйдя из здания суда, как только судья постановил передать дело на доследование в связи с вновь открывшимися обстоятельствами. В машине Уланова хранились два рюкзачка - его и Беллин, на случай внезапной необходимости выехать из Севастополя более чем на сутки. В Севастополе - "на боевом посту" - остался Игорь Никольский.
- А вы щетку, бритву и мыло на месте купите? - спросила Белла у Томского, когда они садились в машину.
- Обижаете, - следователь похлопал по боку неизвестно откуда взявшуюся небольшую, но крутобокую дорожную сумку, - все свое ношу с собой. Работа такая - в любой момент могут дернуть на место происшествия или еще куда с ночевкой, так я всегда ношу "тормозок" наготове. Даже сухпай прихватил!
Пару раз им приходилось объезжать заторы на трассе, и ловкий Уланов моментально находил обходные пути, экономя время. Один раз они малым ходом ехали через деревушку с забавным названием Мазанка и опрятными светлыми домиками, выстроившимися, как солдаты на смотре. За ними тут же пристроился какой-то смышленый водитель автобуса, тоже не желающий тратить время на стояние в пробке.
- Вот только, Михаил Левонович, - Белла открыла окно и закурила, - если керченские оперы налетят проверять автобусы в лучших традициях кинематографа с воем сирен, мигалками и матюгальниками, недалеко и до беды...
- А то я сам не знаю, - следователь сунул телефон в карман. - Что вы мне азбучные истины объясняете, как школоте?
- У этих людей сейчас ВСЕ поставлено на карту с этой диадемой, - после нескольких лет в обществе вспыльчивого и острого на язык Фимы Белла научилась не реагировать на гневные вспышки, если это мешало делу, - да еще эта задержка на переправе, нервы шалят. И если перевозчик поймет, что полиция ищет его среди автобусов, идущих в Джамете, и у него уже горит задница... Как бы не вышел у нас "Взбесившийся автобус", когда придется выбирать - или спасение диадемы, или спасение заложников.
- И как вы это себе представляете, - опустил телефон следователь, - как, не привлекая внимания, осматривать автобусы выборочно, не зная, в каком из них диадема? И как объяснить, почему проверяют именно транспорт до Джамете, а не до Краснодара, Хосты, Горячего Ключа? Я как раз над этим размышляю. Может, вы поможете?
- Значит, надо осматривать все автобусы подряд, - сказал с места водителя Уланов. - Скажем, проверка неучтенных пассажиров или досмотр багажа на предмет контрабанды или поиска наркотиков. Пусть перевозчик по-прежнему считает, что его никто не ищет и что они всех обвели вокруг пальца.
- Поймите, они в порту вторые сутки, - продолжала Белла, - в гигантской пробке, не знают, когда можно будет уехать. В такой ситуации, как поет Земфира, шкалят датчики. И нам надо быть осторожными, как саперы, чтобы не пострадали случайные люди.
- Да кто о людях вспомнит, если речь идет об артефакте такой исторической ценности? - пробурчал Томский. - Даже если в ходе операции бандюки пол-порта перекрошат, мало кто об этом вспомнит, если вернут диадему. Спишут на процент неминуемых потерь, и все. Я имею в виду, наше начальство так и рассудит, - уточнил он, - главное - диадема, а людей бабы заново народят, они, мол, за маткапитал хоть каждый месяц рожать готовы...
- Вот и плохо, что для вашего начальства люди - как легко заменяемый расходный материал! - сверкнула глазами Белла, - И что их ставят ниже золотого обруча! Надо мозги в голове иметь и не лениться ими ворочать почаще, а не ломиться, как носороги в брачный период, лишь бы ценный груз перехватить любой ценой! Если хорошо подумать - можно найти выход, когда и диадема спасена, и без жертв обошлось, а если лень мозги напрячь или нечего напрягать - можно себя тешить всякими процентами и тупо шутить про маткап...
