- Олеся Леонидовна, - обратился к девушке Аверин, - теперь, когда вы объективно оценили сложившуюся ситуацию, расскажите мне, пожалуйста, во всех подробностях об этом человеке.
*
Олеся добросовестно поведала о том, как вчера вечером к ней обратился "человек в сером" и предложил непыльную работу на пять минут. Она решила не отказываться - денег было негусто, а раз уж она зависла тут, на курорте - глупо сидеть на приколе и кроме столовки никуда не ходить. Мужчина выдал Олесе аванс и ждал ее невдалеке от бассейна, на скамейке у жасминовых кустов...
"Там и нашли сумку, - подумала Наташа, - он торопился, нервничал и не стал далеко уходить, а быстро обыскал сумку и бросил ее там же. Да еще там как раз "слепая зона", и он не попал в объективы. Он живет в пансионате дольше нас и, наверное, уже изучил его досконально и наверняка уже знает, где можно избежать нежелательного внимания к своей персоне. А мы-то приехали пару дней назад и еще далеко не все знаем. Вот он и прикрылся Олесей, зная, что , если я заявлю о краже, снимут видеозаписи и найдут ее, а ей никто не поверит, когда она начнет рассказывать о нанимателе. Наверное, он и перед ней подстраховался. Судя по всему, это человек очень хитрый и осторожный, профессионал в своем деле, избегающий оплошностей. Но ошибаются все, кто хоть что-то делает. Значит, и он должен был допустить хотя бы одну ошибку. А мы должны ее найти и потянуть, чтобы распутать дело! И времени у нас не так уж и много - "пока ветер не переменится", как говорила одна гламурная няня из английской литературы..."
* КЕРЧЬ. ПЕРЕПРАВА /ПЕРЕВОЗЧИК/
Чем ближе подходили проверяющие к его автобусу, тем меньше ему это нравилось. Кто их знает, этих ментов - вроде как просто проверяют багаж и ищут безбилетников, а ну как начнут совать нос и в "нычки"? Конечно, тайник у него оборудован лучше, чем у того дурачка, которого арестовали у самой проходной. Спрятал товар возле заднего колеса и сам же "спалил" тайник перед ментами. А может, он и не знал, что товарищи по работе подложили в его автобус посылочку... Но влип этот раззява капитально. Вдруг местные копы, воодушевленные удачным уловом, начнут все автобусы до последнего винтика проверять и наткнутся на его груз? Как-то все пошло наперекосяк: сначала ему не хватило буквально часа, чтобы успеть на последний паром перед закрытием переправы, на мосту идут работы, и проезд закрыт, да еще и полиция вздумала автобусы проверять. Покупатель уже заждался, звонит ему и курьеру, по десять раз на дню спрашивает, когда получит свой заказ. Курьер тоже обзвонился: думай, мол, головой, как добраться до Джамете, у меня тут ситуация накаляется, возможно, придется рвать когти. Накаляется у него. Сидит в пансионате у моря, в ус не дует: солнце, море, бабы... А ты тут в кабине любуйся на красные тормозные огни на заднице соседа и выжженные за лето колючки на обочине, слушай бубнеж и жалобы пассажиров, напрягайся из-за ментов, которым шлея под хвость попала, и еще думай, как перебраться через штормящий пролив. "У меня вообще-то автобус, а не самолет, и прыгать на несколько километров он не может! Да и какой самолет полетит в такую собачью погоду? Но делать что-то надо!". Не нужна ему эта полицейская проверка. Да и пассажиры будут только рады, если он сообразит, как обойти очередь и побыстрее довезёт их в Джамете...
*
Репин переговорил по телефону и устало покачал головой:
- Мимо. Проверили автобус до последнего винтика, но больше никаких тайников не обнаружено. Ребята из наркоконтроля, конечно, рады, но вы ведь другое ищете.
- А как же водитель так протупил, что сам выдал нам тайник? - поинтересовалась Белла.
Им предложили комнату отдыха персонала в административном здании порта. Здесь расположился их "штаб" - Репин за столом, Белла, Уланов и Томский - в креслах.
- Водитель клянется и божится, что понятия не имел о "захоронке", что это, наверное, ребята с автобазы подложили, когда проверяли машину перед рейсом. Похоже на правду: знай он, что у него спрятано под днищем, не задел бы механизм открывания тайника перед вами.
- Итак, ищем дальше, - кивнул следователь Томский.
Он отошел к окну и устало посмотрел на рассветный пейзаж, уже изрядно примелькавшийся: забитый людьми и машинами порт, красные флаги, символизирующие высший уровень опасности на воде и грустные портовые постройки - почти забытые сейчас, после открытия моста, а ведь до этого сорок лет трудяга-порт исправно связывал Крым с Таманским полуостровом. "Неблагодарно как-то, - подумал следователь, - сейчас о порту Крым почти забыли, торчит себе на отшибе; не знаю, работает ли вообще, а ведь с 2014 года он очень всех выручал! А когда пустят прямые поезда, за бортом окажутся и автобусы, все будут помнить только дальний путь и трудные пересадки и даже не вспомнят о том, как они работали на износ, чтобы вовремя доставить людей к поезду во времена "единых билетов"..."
