Желая невозможного полностью

Wanting What She Can’t Have © 2014 by Dolce Vita Trust

«Желая невозможного» © ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2016

Алексис наблюдала за Раулем из дверей винодельни. В воздухе пахло вином. Частички пыли кружились в лучах послеполуденного солнца, проникавшего сквозь открытые окна. Но сейчас все внимание было сосредоточено на мужчине, который не догадывался о ее присутствии.

Он изменился. Боже, как он изменился. Раньше он отличался какой-то небрежной элегантностью. Теперь же от элегантности не осталось и следа, одна небрежность: он сильно похудел, отрастил волосы и сменил костюмы на полинявшие футболки и порванные джинсы. Совершенно очевидно, что он не брился несколько дней. Только горе могло так сильно изменить человека, заставить его отказаться от повседневных привычек.

Как, спрашивается, она могла помочь человеку, который потерял веру в себя?

Алексис попыталась взять себя в руки. Бри обратилась к ней за помощью в трудный момент жизни. В своем письме она умоляла подругу позаботиться о ее муже и еще не рожденном ребенке. Бри умерла до того, как Алексис успела ответить лучшей подруге. Но в глубине души Бри знала, что Алексис не откажет, не сможет отказать. Даже если придется снова встретиться с мужчиной мечты, который предпочел ее подругу.

Рауль замер. Он оторвал взгляд от бумаг с пометками на полях, написанных его рукой, посмотрел на стол, где стояли бокалы с новыми сортами вин. Внезапно ручка выпала из его руки. Он поднял голову и повернулся в сторону Алексис. На его лице отразилось удивление. Рауль быстро взял себя в руки, и его лицо вновь приняло отчужденное выражение.

– Алексис, – произнес он и кивнул.

– Я приехала, как только узнала. Извини, что не приехала раньше. Я… – Она запнулась. Как она могла объяснить мужчине, стоявшему напротив, почему только сейчас она узнала о рождении его ребенка и смерти его любимой жены? Как объяснить, что она оборвала все связи с лучшей подругой, лишь бы не видеть ее счастья с этим мужчиной? Как объяснить, что она «забыла» дать новый номер мобильного телефона, лишь бы не слышать о том, как они идеально подходят друг другу с мужчиной, которого Алексис хотела сама?

И до сих пор хочет.

Она глубоко вздохнула и попыталась справиться со своими эмоциями.

– Мне пришлось много ездить с тех пор, как мой бизнес… – Она запнулась на полуслове, посмотрев ему в лицо. Совершенно очевидно, Раулю было наплевать на успех, которого она достигла, выпустив свою линию одежды. – Я получила письмо Бри, когда была в гостях у отца. Должно быть, его пересылали по всем адресам, где я останавливалась, пока ездила по миру целый год.

– Письмо Бри?

– В котором она сообщила мне о беременности.

Должна ли она рассказать о просьбе Бри присмотреть за ее мужем и еще не рожденным ребенком? Бри узнала, что аневризма аорты убьет ее во время родов. Одного взгляда на его лицо было достаточно, чтобы понять – Рауль ничего не знал об этом письме.

– Так, значит, ты вернулась.

Напряжение повисло в воздухе.

– Моя мама болела. Я приехала за несколько недель до ее смерти.

– Соболезную.

Рауль произнес это на автомате, и Алексис почувствовала, как он от нее отгораживается. Сейчас он был погружен в свое собственное горе.

– Я получила письмо только на той неделе и сразу же позвонила матери Бри. Я приехала, чтобы помочь тебе с Руби.

– У Руби уже есть няня. Ее бабушка.

– Да, но, Рауль, Катерине нужна операция. Замену коленного сустава больше откладывать нельзя. Особенно сейчас, когда Руби становится все активнее.

– Я говорил ей, чтобы она нашла няню.

– Но, я так понимаю, ты не соизволил даже озна комиться с резюме, которые она тебе присылала.

Алексис начала закипать. Катерина не находила себе места от волнения, не знала, что делать и что предпринять. Больное колено беспокоило ее, и заботиться о ребенке с каждым днем становилось труднее. Нужна была срочная операция. И это означало, что для Руби надо найти няню. Рауль же полностью игнорировал свои отцовские обязательства.

Он снова посмотрел на Алексис. Его взгляд стал жестче. Господи, что за тайны скрываются в этих великолепных глазах?

– Как насчет меня? Я подхожу?

– Нет, – сказал он категорично. – Определенно не подходишь.

Его отказ причинил Алексис боль, но она продолжила:

– Почему? Ты же знаешь, у меня есть опыт работы с детьми.

– Ты теперь, кажется, портниха, или я ошибаюсь? Ребенку еще рано думать о тряпках.

Да, оскорблял он виртуозно. Портниха? Конечно, она еще шила некоторые эксклюзивные модели сама, но большинство изделий производилось на заводах.