Желание полностью

Надо было как-то продолжать жить дальше, невзирая на горе и отчаяние, охватившие ее. Как-то справляться с той мертвящей пустотой, что отныне поселилась в душе. Днем было легче. Марта постоянно находила себе занятия, которые помогали отвлечься от мрачных мыслей и не вспоминать Джека Рассела и тягостную встречу с Силвией Прайс, ставшей ее богиней возмездия, ее Немезидой.

Но по ночам, когда Марта долго лежала без сна в одинокой холодной постели, мысли уже не подчинялись ее воле. Воспоминания накрывали снежной лавиной. И ей слышался мягкий, вкрадчивый голос, мерещились холодный блеск янтарных глаз, жесткие губы, целующие ее, и сильные, умелые руки, что ласкали, доводя до немыслимых пределов блаженства…

Как давно все это было, казалось прошла уже целая вечность. А на самом деле еще три недели назад она даже не подозревала о существовании Джека…

— Красавчик! Нет!

Обычно тихий и нежный голос Марты Брэдли превратился в раскатистый рев, по Красавчик, молодой доберман, не обратил никакого внимания на ее отчаянные вопли. Он уже пролез под низкой изгородью и с лаем рванулся к стаду овец. Некоторые из них испуганно сорвались с места и побежали. Красавчик, охваченный азартом погони, бросился следом за ними.

А тут еще Бинго, старая маленькая дворняжка, которая ни на шаг не отходила от Марты, принялась истошно лаять.

— Красавчик, стой! — закричала Марта.

Как ни странно, Красавчик остановился, с сожалением поглядывая на овец, которые уже всем стадом неслись к противоположному краю загона.

— Ко мне, — велела Марта.

Красавчик осторожно подошел, виновато виляя хвостом. Он понимал, что проштрафился. Марта уже собиралась как следует его отругать, но тут на дороге у нее за спиной остановилась машина. Девушку вдруг охватило предчувствие чего-то дурного. Она не решалась повернуться. Кто-то вышел из машины. Резко хлопнула дверца.

— Если я еще раз увижу, что этот пес гоняет моих овец, я его пристрелю, — проговорил мужской голос, очень холодный и очень суровый.

Марта с трудом сглотнула.

— Этого больше не повторится, — сказала она, так и не повернув головы. Боже, что за сдавленный у нее голос!

Красавчик, которому не исполнилось еще и года, но который был почти чистокровным доберманом, с ярко выраженным мужским характером, понял своим собачьим умом, что Марта нуждается в защите. Он рванулся вперед и встал между ней и суровым незнакомцем, оскалив зубы и слегка прижав уши.

— Ко мне! — резко выдохнула Марта, обернувшись.

Обычно доберман ее слушался, но на этот раз он не подошел, а сел, продолжая сверлить незнакомца недобрым взглядом.

— Ко мне! — твердо проговорила Марта.

Собаку нельзя распускать. Она должна выполнять все команды. Смолоду. Иначе потом она тебе на шею сядет. Занятая «воспитанием» Красавчика, Марта так и не удосужилась взглянуть на мужчину, хотя краем глаза заметила, что он просто огромный. Как шкаф. Красавчик неохотно поднялся и подошел к хозяйке.

— Молодец! Хороший пес. Сидеть.

Красавчик сел. Марта погладила его по голове и подняла взгляд на незнакомца. Солнце было как раз у него за спиной, сияющие лучи окружали голову мужчины слепящим ореолом, и поэтому Марта не разглядела его лица. Но даже то, что она увидела, было весьма впечатляющим. Марта невольно отшатнулась назад. Ее пробрал странный озноб, как будто ей вдруг стало холодно.

Он был действительно огромный. Марта не считала себя миниатюрной женщиной, но он был выше ее как минимум на фут. А широченным плечам позавидовал бы и центральный нападающий профессиональной регбийной команды. Могучая мускулистая грудь. Узкие бедра, длинные ноги. Ни капельки жира. Только мышцы, рельеф которых не скрывали ни плотная клетчатая рубашка, ни потертые, но явно дорогие джинсы.

Но больше всего Марту поразили даже не гигантские размеры этого человека, а та сила, которую она ощущала почти физически. Стоило лишь посмотреть на него, и сразу же становилось ясно, что это настоящий мужчина — спокойный и властный, хладнокровный и непреклонный. Иными словами, такой человек привык полагаться лишь на себя и способен справиться с чем угодно.

Марта никогда не страдала излишней робостью. Она не была самонадеянной, но все же считала себя человеком достаточно уверенным в себе. Но сейчас вдруг растерялась.

— Он больше не будет. — Марта попробовала улыбнуться.

— Я не шучу. Если еще раз увижу, что он гоняет моих овец, — пристрелю.

Это была не угроза, а просто констатация факта. Марта знала, что фермер имеет право пристрелить любую собаку, которая покушается на его овец. И как бы ее это ни возмущало, она была вынуждена промолчать. Потому что доказывать что-либо было все равно бесполезно.

— И не говорите мне, что он ничего не сделает овцам, — продолжал незнакомец, даже не пытаясь смягчить резкий и жесткий тон. — Сначала они гоняют овец, а потом задирают. Обычно собаки нападают на стадо как минимум вдвоем. — Он покосился на лохматую дворняжку, которая прижалась к ноге Марты.