Без серьезной на то причины, центральный процессор Матиаса начал искрить и дымить, изображения мелькали в его мозгу в сумасшедшем водовороте, который напомнил ему об игральных костях, брошенных на покрытый войлоком стол. А потом, среди этого хаоса, он увидел Алистара Чайлда, два оперативника в черном удерживали мужчину на грязном ковре, пока его сыну вводили такое количество героина, которое обеспечило бы слону вечный кайф.
Дэнни… о, мой малыш, Дэнни… Напоминало ирландскую песню, распеваемую в баре, только совсем не музыкальную, отец с хриплыми рыданиями произносил слова.
— Босс, — заместитель прервал воспоминания. — Поговорите со мной. Что происходит?
Такой спокойный голос, но этот прагматизм — ложный. Без сомнений, солдат беспокоился, что колеса вновь сходят с рельсов… и он, как и два года тому назад, еще раз собирался затащить Матиаса в боевые ботинки.
— Не убивай его, — Матиас снова повторил предложение. — Это приказ.
— Знаю, чтобы вы смогли это сделать. Он — ваш. Вы должны устранить его.
На мгновение Матиас ощутил неумолимую, соблазнительную тягу…
— Нет, — выпалил он, встряхиваясь. — Нет, не должен.
— Но вы обязаны…
— Просто выполни гребаный приказ без комментариев, или я найду кого-нибудь другого.
Выругавшись, он повесил трубку, послал обратный сигнал Росу, а затем попытался найти твердый фундамент внутри себя, на который можно встать. Черт, внезапно он почувствовал, будто два голоса в его голове тянули его в противоположные стороны, и ни один из них не принадлежал ему.
К счастью, ответ Роса прервал внутреннюю борьбу.
— Матиас, — донесся старый, знакомый голос.
— Исаак. Как поживаешь?
— Где? Когда?
— Всегда говоришь по существу. — Матиас уперся коленом в рулевое колесо, чтобы удержать седан на дороге, тем временем массируя болевой участок на левой стороне груди. — Я послал кое-кого к тебе. Оставайся на месте.
— Неприемлемо. Меня нельзя забирать отсюда.
— Диктуешь условия? Вот уж вряд ли.
— Гри Чайлд не будет втянута во все это. Я сдамся в полночь, в публичном месте.
— И сейчас ты указываешь мне, когда и где? Пошел к дьяволу, Рос. Если хочешь, чтобы она осталась в стороне, то сделаешь, как я велю. Или ты думаешь, что я не прорвусь сквозь ее модную сигнализацию в любую ночь по моему усмотрению? — Молчание. — Удивлен, что я знаю о гребаной системе? Ну, в этом доме есть и другие трюки, Исаак. Интересно, о скольких известно тебе.
Это было правильно. Разговор избавил голову от неясности и чепухи… и напомнил о причине смерти Дэниела Чайлда: старый добрый Алби начал трепаться.
Волна адреналина пробудила его еще сильнее, когда он задумался, какие планы Исаак и отставной капитан могли высидеть, пока сам он валялся в отрубе на обочине.
Матиас прокашлялся.
— Ага, оставайся на месте… на случай, если ты подчерпнул от ее отца пару блестящий идей, позволь прояснить ситуацию. Если ты сделаешь что-нибудь, чтобы выдать меня или мою организацию, я сделаю с этой женщиной все, что она сможет пережить, но отчего так и не оправится. Ты знаешь: меня остановит лишь моя собственная могила. — Все еще молчание. — Ты встречался с ее отцом, даже не отрицай. И я прекрасно осведомлен, что он собирал информацию на подразделение последние десять лет. Никаких блестящих идей, Исаак. Ради ее же блага. Или я проигнорирую твои позывы и приду за ней. Я позволю прожить тебе долгую жизнь со знанием, что ты стал причиной, по которой она была выжжена изнутри…
— Она тут не причем! — прошипел Рос. — Она не имеет ничего общего со мной или своим отцом!
— Может быть. Но дерьмо случается. Я назначил ее к твоему делу из благих намерений… и все вышло даже лучше, чем я планировал. Я и представить не мог, что вы двое так сблизитесь… о, или ты думаешь, я не слышал, как вы поднимались в ее спальню прошлой ночью? — Матиас сопротивлялся боли в груди, чувствуя себя так, будто идет ко дну. — Не вынуждай меня причинять ей боль, Исаак. Я устал от всего этого, на самом деле устал. Оставайся на месте… я послал кое-кого, и ты узнаешь, когда он приедет. Если тебя, ее и Чайлда не будет в доме, когда он появится, я заставлю своего человека найти ее, а не тебя. Последуешь указаниям, и я удостоверюсь, что никто кроме тебя не будет ранен.
Матиас нажал кнопку «завершение» и бросил телефон на пассажирское сидение.
Морщась, он попытался вести машину по прямой траектории, когда агония под ребрами достигла невыносимой силы. Охваченный приступом, он мимолетом подумал, снова направиться в Колдвелловский Международный Аэропорт, но решил не прерывать поездки, потому что ему нужно было взять себя в руки. А для этого потребуется время. И уединение.
Сжав левую грудную мышцу, он остановил машину и попытался восстановить дыхание сквозь боль в груди. Что не возымело особого эффекта… и он задумался, а не настал ли момент. Тот САМЫЙ. Приступ, убивший его отца.
Посмотрев в лобовое стекло, он осознал, что стоит перед церковью.
