— Не волнуйся обо мне… думай о себе.
Звук, что-то капающее, а, может, закрывшаяся металлическая дверь, отдался эхом, напугав девушку, и придав сосредоточенности Джиму. Без сомнений, Девина скоро появится, и упрячет Сисси туда, где она была до этого, поэтому он должен действовать быстро. Он не знал, когда сможет вернуться сюда, и как именно освободить его девочку.
Точнее Сисси.
— Это она? — спросила Сисси напряженно, когда издалека донеслись шаги. — Это она, да? Я не хочу возвращаться в стену… пожалуйста, не позволяй ей…
— Сисси, послушай меня. Мне нужно, чтобы ты успокоилась. — Ей нужно на чем-то сфокусироваться, чтобы держать себя в руках, пока он будет выяснять, как вернуться к ней. Прочесывая память, он пытался вычленить воспоминание, которое могло бы успокоить ее. — Я хочу, чтобы ты внимательно послушала меня.
— Я не могу вернуться туда!
Черт, чем он мог отвлечь ее?
— У меня есть собака, — выпалил он.
Последовала пауза, будто он удивил девушку.
— Да?
Когда шаги приблизились, ему захотелось выругаться.
— Да, есть.
— Я люблю собак, — сказала она тонким голосом, встречаясь с ним взглядом.
— Это лохматый пес серо-белой расцветки. Его шерсть… — Шаги стали еще громче, он заговорил быстрее. — Его шерсть достаточно жесткая… напоминает брови стариков, и у него маленькие лапки. Он любит сидеть на моих коленях. При быстром беге заметна его хромота, а еще он любит есть мои носки.
Хлюпанье носом, затем резкий вдох. Будто она знала, что приближалось, и собиралась изо всех сил остаться на «дороге жизни», которую он открывал для нее.
— Как ее зовут?
— Пес. Я зову его Псом. Он любит пиццу и бутерброды с индейкой и спит на моей груди. — Быстрее. Говори быстрее. — Ты познакомишься с ним, договорились? Выведешь его на траву и… Ну, знаешь, как затолкать один носок в другой?
— Да. — Сейчас требовательно. Будто она хотела услышать так много, сколько он мог рассказать ей. — Носочный мяч.
— Носочный мяч… да, верно. — Быстрее, быстрее же. — Берешь мячик и бросаешь, а Пес приносит его назад. Солнце встало, Сисси. Ты можешь почувствовать его на своем лице…
— Когда ты вернешься? — прошептала она.
— Так скоро, как только смогу. — Сейчас он говорил сбивчиво, шаги раздавались так близко, он знал, что это стучали высокие, заостренные шпильки. — Вспоминай Пса. Ты слышишь меня? Когда почувствуешь, что сил не осталось, вспомни мою собаку…
— Не оставляй меня здесь…
— Я вернусь за тобой…
Лицо Сисси было влажным от слез, когда она потянулась к нему.
— Не оставляй меня здесь!
В это мгновение она стала такой, какой он видел ее над той ванной, платье исчезло, оставив ее голой, ее тело было осквернено, светлые волосы спутались от крови.
Внезапно глаза Сисси метнулись к дальнему углу, и окрашенные кровью губы задрожали:
— Нет!
Она подняла руки, словно защищаясь от нацеленного на нее удара…
И в этот момент она исчезла. А Девина, красивая, злая Девина вышла на свет, отбрасываемый свечами.
Джим проиграл.
Сломался надвое.
Как жалкий ублюдок.
Он заорал изо всех сил, из-за девочки. Из-за невинной девочки, которую демон забрал из семьи, утащил в крысиную яму, пленил здесь… и заставил наблюдать за оскверненным мужчиной.
Ярость ядерным взрывом прошлась внутри него…
Белый свет полил из его глазниц, освещая комнату, блестящие стены, которые уходили в бесконечность. Взрыв поглотил его физическую оболочку, освобождая от пут Девины, порывом свободных молекул он пронесся по этому месту, туша свечи, сбивая подставки. Собравшись воедино, он развернулся… и устремился прямо на Девину.
Сейчас именно она приготовилась к удару, ее черные волосы развевались под натиском урагана в виде него, кожа лица прижалась к черепу, когда Девина потеряла равновесие и опрокинулась на каменный пол.
Достигнув ее, он собрал молекулы, формируя острое копье, и швырнул себя прямо в грудь демона.
Когда острие вошло в ее тело, взорвав сучку изнутри, ее части разлетелись в стороны, куски кожи, шматки внутренностей и темно-красного мяса покрыли стены ее темницы.
От нее осталась лишь черная дыра такой же энергии и массы, как и у него… и он был готов атаковать ее.
Но, по всей видимости, она не жаждала контактного боя: искривленная тень вылетела из комнаты и унеслась вдоль по коридору, спасаясь бегством.
К черту. Это.
Джим бросился вслед за ней…
И врезался в метафизический эквивалент кирпичной стены.
Шокирующее столкновение с невидимым барьером отбросило его назад, и он принял свою телесную оболочку, плюхнувшись на голую задницу.
Он лишь на мгновение возмутился происходящим, прежде чем вывеска «Игра окончена» вспыхнула перед его телом, и он рухнул на спину от полного истощения.
Гнев иссяк, оставив за собой пустоту, и смертельная усталость распространилась из его слабого сердца по всему телу, так же уверенно, как пустивший корни и разросшийся плющ. Не в силах держать свою голову, он позволил ей упасть на камень и просто дышал, смутно отмечая, что в воздухе пахло медным запахом свежей крови и едким дымом свечей, которые все еще горели.
— Сисси, — позвал он сквозь темноту. — Я здесь…
