Кэтлин прошла в отведённую ей комнату, застелила кровать и, немного подумав, на всякий случай подперла ручку двери ванной комнаты стулом. Один из самых трудных за последние десять лет день подошёл к концу. Брюнетка устало вытянулась на постели и улыбнулась, перед тем как загадать желание.
Через минуту она спала, свернувшись, как в детстве, клубочком и положив ладошки под щёку. Кэт вновь увидит сон, преследовавший её уже много лет, но впервые не проснётся в ужасе, с ощущением страха и боли.
Два желания, загаданные этой ночью в квартире Мэттью, полностью совпадали
Муха жужжала навязчиво, противно, проникая методичным скрежетом сквозь мембраны уха в мозг. И не было сил поднять руку, чтобы отогнать назойливое насекомое от лица. Возникший вопрос: «Откуда зимой мухи?» – заставил выйти из состояния тревожного сна.
Мэттью с трудом разлепил веки. Звонили в дверь. Он взглянул на часы – половина восьмого. «Кого могло принести в такую рань?»
Вуд нащупал ногой тапочки, натянул халат на голое тело и отправился в прихожую. Ему не нужно было смотреть в глазок. По нетерпению звонившего можно с лёгкостью догадаться, кто стоит с другой стороны дверного проёма – Одри.
Он открыл замок и широко распахнул дверь.
– Маленькая вредина, я предупреждал тебя, что буду зол с утра?
Мэтт никогда и ни в чём не мог отказать сестре. В голове лишь на секунду возникло желание выставить визжащий комок счастья за порог и упасть назад в мир Морфея. Или попытаться… Он представил соблазнительное тело Кэт в своей постели, потрогал щёку, тяжело вздохнул и раскрыл объятия любимой Занозе.
Одри с писком бросилась Мэттью на шею.
– Я знала, что ты будешь рад! С Рождеством! – Она прижалась губами к покрытой лёгкой щетиной щеке. – Счастья этому дому!
– А где мои новоиспечённые родственники? – оглядевшись вокруг, искренне недоумевала Одри, почему её не встречают те, ради кого она преодолела по гололёду немалое расстояние.
– Нормальные люди в это время выходного утра спят и видят счастливые сны.
– И я тебя люблю, мой ненормальный брат! Так где же все?
Одри скинула пальто, бросила его в руки молчаливо стоявшего сзади Брэндона и, не снимая обуви, отправилась прямиком в спальню агента.
Не проходя внутрь комнаты, она обернулась на пороге. На раскрасневшемся от мороза лице застыло недоумение.
– А где Кэтлин?
Наконец Заноза взглянула в лицо Мэтта. Заметив красноватое пятно и следы царапин на физиономии сердцееда, она сначала нахмурилась, а после звонко расхохоталась.
– Умница подруга! – В зелёных глазах играло веселье. – Что, братец, грандиозные планы на рождественскую ночь рухнули в пропасть под названием гордость?
Одри расстегнула замки сапог, сбросила их прямо в коридоре и прошла к гостевой спальне. Она приложила ухо к деревянной створке. Услышав с той стороны шаги приближающегося человека, миссис Холл потянула ручку на себя, но дверь не поддавалась.
– Кажется, кто-то воспользовался замком. – Заметив недовольное выражение на лице Мэттью, она прыснула. – И этот кто-то кому-то не доверяет!
Дверь отворилась. На пороге стояла бледная, протирающая сонные глаза Кэт. Чёрные волосы разбросаны по плечам, укрытым персикового цвета шёлковым халатом. Сочные розовые губы растянуты в несмелой улыбке. Кожа одной из щёк слегка помята; на ней видны следы от ладошек. Длинные чёрные ресницы обрамляют большие карие глаза.
У Вуда засосало под ложечкой от пронзившего тело желания. «Господи, почему не мне одному адресована её улыбка?»
– Вау! Ты почти не изменилась, такая же красавица! Нет, даже краше прежнего. Вот уж на кого возраст не наложил никакого отпечатка!
Возглас сестры заставил Мэтта вернуться на землю.
– Ты как всегда преувеличиваешь мои внешние достоинства. – Паркер улыбнулась и несмело протянула руку к Одри. – Здравствуй! Вот уж кто совершенно не изменился, так это ты.
Не обращая внимания на протянутую ладонь, Заноза шагнула навстречу и обняла беглянку.
– Мы же не чужие, чтобы руки друг другу пожимать. – Она отстранилась от Кэтлин и заглянула в грустные глаза. – Здравствуй, подруга. Надеюсь, мне можно тебя так называть?
– Что за глупые вопросы?! Конечно же! Да!
– Ну мало ли что произошло за эти годы. В прощальном письме, переданным твоим отцом, ты писала, что не хочешь и не можешь больше видеть никого из нашей семьи.
Бровь Мэттью поползла вверх: он впервые слышал о послании, оставленном Кэт перед исчезновением. Агент решил, что нужно будет поподробнее расспросить об этом сестру, но позже. Он уставился на хорошо просматриваемую дверь ванной комнаты.
Одри проследила за его взглядом и прыснула.
– Да что тут у вас происходило?! Прямо баррикады, – она посмотрела на щёку брата, – и боевые ранения!
– Ничего, что касалось бы тебя, – ответил Вуд, затем поглядел на смутившуюся Кэтлин и указал на стул: – Ты меня явно с кем-то путаешь. Или это защита от собственных желаний?
В зелёных глазах Мэттью заплясали бесенята. Он наклонился к кутающейся в халат кареглазке и чмокнул в аккуратный носик.
– С добрым утром, любимая!
