А что такого? Да, мы с ней перешли на «ты» и значимся вроде как друзьями. Не вижу ни единой причины, отчего мне было отвечать отказом на её предложение.
— А разве я тебе не говорил, что по прибытии мне придётся остудить пару-тройку горячих голов. Иначе мне житья не дадут, — пожал я плечами. — Любезный, две чашки кофе, корзинку пирожков с вишнёвой начинкой и парочку пирожных с взбитым кремом, — глянув на Ирину и получив одобрительный кивок, закончил я заказ.
— Вообще-то, нужно было хотя бы разузнать, кто есть кто, а после уж и выпячиваться, — неодобрительно покачала она головой.
— Ну и как ты себе это представляешь? Больше тысячи студентов. Нереально. Мне в этом котле нужно было несколько месяцев вариться, пока узнал бы всех.
— По меньшей мере княжеских отпрысков изучил бы. Или хотя бы для начала спрашивал, кто перед тобой, а после уж поддевал. Княжич Каменецкий отличается жёсткостью и мстительностью.
— То есть ты предлагаешь мне позволить ему заколоть меня, чтобы удовлетворить его эго?
— Ни в коем случае, — всполошилась она.
— Становится интересно. И чего ты так взволновалась?
— Не желаю твоей смерти.
— Ну, это-то на поединках не редкость, и она, наоборот, куда предпочтительней ранений. Хотя бы поднимут сразу и не придётся в постели валяться, залечивая раны. Или я чего-то не понимаю?
— Михаил Антонович известный бретёр и в двух поединках убил своих противников окончательно. Одному отрубил голову. Второму пронзил глаз, и клинок вошёл в мозг.
Ого. Снимаю шляпу. Шпага не рапира, а потому нанести серьёзный рубящий удар ею вполне реально. Но чтобы отрубить голову, нужно обладать отличными навыками, ловкостью и силой. Как, впрочем, не просто попасть и в глаз. Сдаётся мне, княжич жульничает и использует зелья, чтобы повысить свои характеристики. Желающих же провести детальную проверку на предмет нахождения в его крови стимуляторов попросту не находится.
— То есть он меня убьёт окончательно, — сделал я вывод.
— Именно. Слишком уж больно ты его задел.
— А если я выйду победителем из схватки, то он не простит и вполне возможно, что меня убьют из-за угла, — предположил я.
— Такой вариант не исключён. Я попросила о встрече как раз для того, чтобы предостеречь тебя от намерения проиграть.
— Вот же больной на голову ублюдок. Благодарю, любезный, — встретил я полового.
Передал вторую чашку кофе и блюдце с пирожными подруге. Затем с наслаждением впился в пирожок, который должен был помочь мне продержаться до возвращения Дмитрия, с которым я намеревался нормально поужинать. Друг уже был в столице и добросовестно выполнял обязанности секунданта, оговаривая условия схваток.
— Интересно, он и Грушину отрубит голову? — взглянул я на Гагину.
— Грушину не за что. Ты ведь лишил его выбора, и тому оставалось либо потребовать извинения, либо вызвать княжича. Извиняться Каменецкий не умеет, а потому остальное предсказуемо. Опять же, если он будет отправлять на кладбище всех своих противников, могут появиться вопросы.
— Иными словами, он жульничает, и все об этом знают, но делают вид, что всё в порядке? — хмыкнул я.
— Не пойман, не вор. А для проведения дознания нужны основания. К тому моменту, когда они появятся, кровь его уже будет чиста. Княжеские роды это не боярские, и уж тем более не худородные дворяне, вот так запросто под проверку с артефактами их не подведешь.
— Всё, как всегда, — покачал я головой. — Декларируется равенство всего дворянского сословия, но всегда находится кто-то ровнее других.
— Таков порядок вещей, и нам остаётся лишь следовать ему, — пожала она плечиками.
— А есть шанс, что он не станет на меня охотиться, если я убью его быстро?
— Шанс такой имеется, но не факт, что сработает. Проигрывать он не любит, а задел ты его сильно. Убивать же его окончательно я не советую. Заполучишь вражду Каменецких, а это гарантированный приговор. Царь, конечно, взял над тобой опеку, но по факту ты не его человек.
— Спасибо, Ирина, я тебя понял…
Как же хорошо, что у меня есть такой друг, как Дмитрий, который утряс все формальности трёх поединков. Однако он оказался настолько занят, что из своего плотного графика именно мне сумел выделить всего-то полчаса, за которые едва успел перекусить, после чего сбежал.
Как потом я узнал, кинул меня, гад такой, и отправился бражничать с новыми знакомыми. К слову, с секундантами моих противников. Кому дуэль, а кому и окно возможностей. Вот он и воспользовался таковой, чтобы завести полезные знакомства. А что такого? Нормальная практика. Ссора ведь их не касается, они должны лишь организовать схватку и свидетельствовать, что та прошла с соблюдением всех формальностей…
Драться нам предстояло в университетском манеже. Вообще-то, он предназначен для обучения верховой езде. Но предоставляется и как площадка для поединков. Здесь имеется штатный лекарь и управляющий, выступающий распорядителем дуэлей, разумеется, их услуги за отдельную плату. Студентам Московского государственного университета указом царя запрещалось в пределах столицы драться в других местах.
