Я ощутила ладонью, как сердце его забилось сильнее. Наконец, Пак ответил мягким, едва слышным голосом:
– Я думал, ты давно уже поняла.
Я подняла глаза и обнаружила, что нас разделяют лишь несколько сантиметров. Наступили сумерки, и комната погрузилась в полумрак, хотя ковер из цветов сиял сильнее прежнего. Мы смотрели друг на друга, и в глазах Пака плясали огоньки костра. Несмотря на слегка изогнутые в кривой ухмылке губы, выражение его лица говорило совсем о другом.
Я перестала дышать. Крошечная часть меня радовалась этому новому открытию, хотя, думаю, в глубине души я всегда подозревала.
«Пак любит меня, – шептала эта частица меня в восторге. – Он влюблен в меня. Я знала. Знала все это время!»
– Ты будто слепа, знаешь? – прошептал Пак, улыбаясь, чтобы смягчить свои слова. – Я бы не стал впадать в немилость Оберона ради кого попало. Но для тебя… – Он наклонился, прикоснувшись своим лбом к моему. – Ради тебя я бы воскрес из мертвых.
Мое сердце бешено колотилось. Та крошечная часть меня хотела этого. Пак всегда был рядом: верный, надежный, заботливый. Он был уроженцем моего Двора, так что никакие глупые законы нам бы не помешали. Эша больше нет, он принял свое решение. Так почему бы не попробовать с Паком?
Пак придвинулся ближе, его губы были в сантиметре от моих. Но перед глазами у меня стоял образ Эша, страсть в его глазах, выражение его лица, когда он поцеловал меня. Чувство вины грызло меня изнутри. «Нет, – прошептал мой разум, пока дыхание Пака ласкало мою кожу. – Я не могу сейчас. Прости меня, Пак».
Я слегка отстранилась, собираясь извиниться, сказать ему, что не могу сделать этого сейчас, как вдруг в дверях появился Эш.
Его высокий силуэт застыл на фоне ночного неба; цветы отбрасывали легкие блики на бледное лицо. Волосы были слегка влажными, одежда восстановилась – при помощи чар или еще каким-то образом. На мгновение удивление и боль смешались на его лице, ладони сжались в кулаки. Но затем он закрылся, и взгляд снова стал пустым и отстраненным.
Пак уставился на меня и повернулся, когда вошел Эш.
– О, привет, принц, – протянул он совершенно равнодушно. – Я и забыл, что ты здесь, извини.
Я пыталась поймать взгляд Эша, чтобы показать ему, что это не то, о чем он подумал, но принц старательно избегал меня.
– Я хочу, чтобы к утру тебя здесь не было, – сказал Эш холодным, резким тоном, обмахивая костер. – Убирайся из моих земель, ты и принцесса, оба. По закону за вторжение я мог бы убить тебя на месте. Если снова увижу кого-то из вас в Тир-на-Ног, снисхождения не ждите.
– Господи, да не заводись ты так, ваше высочество, – фыркнул Пак. – Мы с радостью отсюда свалим, так ведь, принцесса?
Я наконец поймала взгляд Эша, и сердце мое упало в пятки. Он смотрел на меня холодно, на лице его не осталось ни тени тепла или дружелюбия.
– Да, – прошептала я, дыхание перехватило. Это стало последней каплей. Хватит с меня Фейрилэнда. Пора домой.
Эш начал перекладывать хворост, – на самом деле тела мертвых Железных фейри, – и выбрасывать их на улицу. Он работал быстро и бесшумно, не глядя на нас, будто желая поскорее избавиться от них. Когда все тела были убраны, он схватил бутылку вина из сундука и направился в дальний угол, искать утешение в стакане. Всем своим видом он будто кричал «
Тем же вечером Эш резко встал и ушел, заявив, что пошел «разыскивать» других Железных фейри. Наблюдая, как он не оглядываясь идет к выходу, я разрывалась между тем, чтобы побежать за ним и остаться рыдать на плече Пака. Но вместо этого я сослалась на усталость и забралась на одну из коек, натянув одеяло на голову, чтобы спрятаться от них обоих.
Той ночью я долго не могла уснуть. Свернувшись под одеялом, я прислушивалась к храпу Пака и подавляла слезы.
Я не понимала, почему так несчастна. Завтра я наконец буду дома. Снова увижу маму, Люка и Итана. Я ужасно по ним скучала, даже по Люку. И хотя я понятия не имела, сколько времени прошло в реальном мире, одна мысль о возвращении домой должна была подарить мне облегчение. Даже если мама и Люк окажутся старыми и седыми, а четырехлетний младший братишка станет старше меня, даже если прошло сто лет и все, кого я знала…
