– Вы с Паком и Железным Конем войдете здесь, – продолжила Кими, постукивая пальцем по чертежу. – За дверями будет контрольно-пропускной пункт, где ты просканируешь свою карточку. Пак и Железный Конь будут невидимы для смертных, так что о них можно не беспокоиться.
– Что, если на первом этаже будут Железные фейри? – спросил Пак.
– Их не будет, – ответила Кими. – Мы с Нельсоном проверили. Если Железные фейри и входят в здание, обычным парадным входом они не пользуются.
Это звучало зловеще, будто Железные фейри могли иметь свои скрытые двери и тропы, о которых мы не знали, но уже ничего не поделать.
– Как только пройдете контрольно-пропускной пункт, лифты вот здесь, – Кими проследила пальцем вдоль линии и серьезно на нас посмотрела. – И тут все немного сложнее. Я не знаю, как вам подняться на лифте на двадцать девятый с половиной этаж. Может, там есть кнопка, которую видят только обладающие Зрением; может, там стоит пароль или просто нужно нажимать на кнопки в определенной последовательности. Без понятия. Как вариант, можно подняться по лестнице, а это значит, преодолеть тридцать пролетов и все равно не найти этот двадцать девятый с половиной этаж.
– Будем решать проблемы по мере их поступления, – сказал Пак, переходя к следующей задаче. – Что насчет места хранения скипетра? Что нас там ждет?
– Минутку, – перебила я, положив руку ему на грудь. – Это может быть ужасно опасно. То есть мы даже не уверены, что вообще сможем попасть на этот двадцать девятый этаж? И это хороший план?!
– Двадцать девятый с половиной, – поправил меня Пак. – И нет. В смысле план, не хороший, да. Но посмотри на это иначе. – Он ухмыльнулся. – Либо доверимся чутью, либо вообще не идем туда. Выбор небольшой, принцесса. Не переживай ты так. – Он обнял меня за плечи. – Тебе не нужен план, у тебя есть Пак, забыла? Я в этом ас. Мне не нужен продуманный план.
Раздался громкий лязг фортепьяно – Леананши наконец убедила Грималкина поспать в другом месте. Раздосадованный кот соскользнул со своего теплого местечка и, шумно приземлившись лапами на клавиши, спрыгнул на стул.
– Не волнуйся, человек, – вздохнул кот, встряхнувшись. – Я тоже иду с вами. При всем образцовом планировании Плута тебе понадобится тот, кто укажет верный путь.
– Ха! – Пак фыркнул и вперился взглядом в кота. – Какое благородство. Тебе-то оно зачем?
– Мы с Грималкиным кое-что придумали, дорогой, не беспокойся. – Леананши мельком взглянула через плечо Пака на чертежи и отмахнулась от них, хмыкнув. – Помните, котики, как только окажетесь на нужном этаже, где находится скипетр, будьте готовы ко всему. Робин, вы с Железякой защищаете принцессу. Я совершенно убеждена, что они не станут хранить скипетр там, где его любой найдет. Его наверняка будут охранять стражники и прочие паразиты.
– Я защищу принцессу ценой своей жизни, – прогремел Железный Конь, заставив Пака поморщиться, а Кими прижать уши. – Клянусь, покуда я живу и дышу, с ней ничего не случится. Мы вернем скипетр или умрем пытаясь.
– Лично мне умирать не хочется, – добавил Пак. Я хотела было с ним согласиться, но в коридоре раздался шум, и через секунду в зал ворвался человек. То был Чарльз, пианист, выглядел он таким диким и напуганным, как никогда прежде, даже при той стычке с красными колпачками. Его страдальческие карие глаза встретились с моими, и он рванулся вперед, но Железный Конь остановил его, встав передо мной и зарычав.
– Она… она уходит?! – Чарльз выглядел совершенно подавленным, заламывая руки и покусывая нижнюю губу. – Нет, нет, нет! Она не может снова уйти. Не исчезай. Останься!
– Чарльз! – От голоса Леананши воздух содрогнулся, и бедняга посмотрел на нее испуганно. – Что ты здесь делаешь? Возвращайся в свою комнату.
– Все хорошо, Чарльз, – поспешила я сказать, когда мне показалось, что он вот-вот расплачется. – Я ухожу не навсегда. Я вернусь, не волнуйся.
Чарльз перестал заламывать руки, выпрямился и пристально посмотрел на меня. На мгновение я увидела его ясный взгляд. Должно быть, таким он был… когда-то. Молодой, высокий, привлекательный, несмотря на морщины. Доброе, но усталое лицо. И такое знакомое.
– Вернешься? – прошептал он. – Обещаешь?
Я кивнула:
– Обещаю.
Тогда Леананши хлопнула в ладоши, заставив нас подпрыгнуть от неожиданности.
– Чарльз, дорогой, – обратилась она к нему. Мне показалось, или она нервничала? – Ты слышал, что девчонка сказала. Она вернется. Иди найди другого Чарльза и придумайте, что сыграть нам вечером? Иди же, кыш-кыш! – Она махнула рукой, и Чарльз, взглянув на меня в последний раз, выбежал из зала.
Я посмотрела на Леананши, нахмурившись.
– Другой Чарльз? Их что, больше одного?
– Я их всех зову Чарльзами, дорогуша, – Леананши пожала плечами. – Я плохо запоминаю имена, как ты уже заметила, а люди-мужчины для меня все на одно лицо. Так что мне проще звать их всех Чарльз.
Грималкин вздохнул и спрыгнул со стула.
– Мы зря теряем время, – заявил он, задрав пушистый хвост и ковыляя мимо нас. – Если хотим начать представление, то идти нужно сейчас.
