Для человека его профессии он был на удивление мало потрепан дорогами и переделками, в которые обязательно должен был попадать. Его одежда была простой, но опрятной и даже щеголеватой — серо-зеленые светлые брюки, добротные сапоги, светлая рубашка и замшевая коричневая куртка, хорошо сидящие на его худощавом теле.
Он был молод и хорош собой, его за его черными блестящими волосами, казалось, ухаживал недурной стилист, и толстый забрак, снова и снова вглядываясь в лицо своего пилота-наемника, каждый раз почти с ненавистью думал одно и то же: смазливый.
Словно мальчик, сбежавший из хорошей семьи за приключениями.
Но было в этом человеке нечто, что отметало напрочь все сомнения у забрака, и он верил, безоговорочно верил, что его новый знакомый отнюдь не нежный мечтатель.
Его глаза.
Черные, непроглядные, любопытные, но маниакально-жуткие в своем любопытстве.
Казалось, контрабандист совсем не мигает, глядя на собеседника, и этот немигающий взгляд страшных, как черная дыра, глаз вкупе с приятной улыбкой казался чем-то неестественным и жутким, словно смотрел и не человек вовсе.
А нечто…
* * *
— …Прибыли! — веселый голос контрабандиста вывел Аугрусса из полудремы, и тот, громко всхрапнув, очнулся от своего тревожного неглубокого сна, интуитивно вцепившись в ручки своего ларца.
За панорамным иллюминатором перед креслами пилотов простиралось астероидное поле, меж которых корабль контрабандиста лавировал просто с ювелирной точностью. Аугрусс, зевая во всю пасть, сонно хлопал глазами и вертелся в кресле, осматриваясь.
Да, пилот-то и на самом деле хорош…
Торговая станция неряшливым нагромождением острого металла ворочалась впереди, кое-где освещенная цепочками горящих иллюминаторов. Время от времени над нею было заметно какое-то движение, и как будто бы в свете далекого серо-коричневого газового гиганта, лениво ворочающегося в черноте, мелькали крылья хищных истребителей, но пилота это как будто не волновало.
— Кто это? — насторожился Аугрусс, и пилот беспечно усмехнулся.
— Откуда же мне знать, — процедил он, выделывая просто невероятные маневры, минуя расставленные ловушки. — В таких местах постоянно кто-то либо прячется, либо торгует, либо…
Договорить пилот не успел — справа по курсу чернота космоса расцветилась яркой вспышкой взрыва, и Аугрусс мгновенно взмок, взвыв от ужаса.
Истребители, расчерчивающие ранее бархат черноты над станцией, теперь проносились где-то над кораблем контрабандиста, словно хищные голодные стервятники, привлеченные слабым шевелением на экранах своих приборов. От выстрела прямо по курсу в мелкое крошево разлетелся астероид, вспыхнув алым клубком пламени, выжигающего газы, запертые прежде в пустотах в камне, и корабль Аугрусса едва успел уйти от смертельного столкновения.
Обмирая от ужаса, забрак впился взглядом в экран, мерцающий перед контрабандистом, и перед его глазами запрыгали какие-то мигающие точки.
— Кто это?! Что им нужно?! — взвыл забрак, и контрабандист, уходя от взрывов, вспыхивающих то слева, то справа, расхохотался, но не ответил.
Словно рой ос, эти светящиеся точки слетались к одному огромному пятну справа на экране, который сначала Аугрусс принял за огромный астероид. Но когда этих точек стало вдруг много, похолодевший от ужаса Аугрусс осознал, что это вовсе не астероид.
— Что это? Что это? — сипел он, как заведенный, и контрабандист расхохотался своим жутким, неживым, каким-то металлическим смехом.
— Это имперские силы, — произнес он со странным удовлетворением в голосе, как-то неестественно, страшно вывернув голову, глядя своими непроглядными черным провалами глаз на посеревшего от ужаса забрака. — Флагман "Затмение", с Триумвиратом на борту… А это атакующие их враги. Мы с тобой прямо на линии огня, в самом эпицентре событий, дружок! — и контрабандист снова засмеялся так, что у забрака мурашки по спине побежали.
* * *
— Да трахательная ты дырка! — заорала Лора Фетт во всю глотку, когда привлеченные движением шпиона разведчики Орикона атаковали непонятный транспорт и приблизились к "Затмению" настолько, что флагман империи оказался в их зоне обнаружения. Имперский флагман был слишком крупной целью, чтобы оставаться незамеченным, или игнорировать его, и стервятники, бросив без внимания свою мелкую ускользающую цель, потянулись к дислокации имперских сил, и Лора с сильно забившимся сердцем услышала, как мгновенно отдали команду поднимать авиацию.
— Мы обнаружены, — спокойно заметил Дарт Вейдер, наблюдая за разгорающимся боем за панорамными иллюминаторами.
— Это плохо, — рявкнула Лора зло. От ярости у нее даже глаза покраснели, словно главком много часов лила слезы, но именно сейчас она была меньше всего склонна плакать. — Наша разведка не располагает точными данными, какие силы противника сосредоточены тут. Придется ориентироваться на месте, действовать по обстоятельствам. Разрешите принять командование, Ваше Императорское Величество?
— Разумеется, — ответил Дарт Вейдер, чуть качнув головой. — Приступайте.
