– Можно попробовать. Что нам терять? – Я повернулась к гремлину, тот подскочил и с готовностью растопырил уши. – Разор, если я попрошу других гремлинов мне помочь, как думаешь, они придут?
– Помогать! – Гремлин стал радостно прыгать на месте. – Разор поможет! Помогать хозяйке, помогать!
Я не совсем поняла, то ли все гремлины мне помогут, то ли он один, но все равно продолжила:
– Я хочу, чтобы ты доставил сообщение в Маг Туиред. Собери всех, кто хочет драться, и встречайтесь с нами на границе Железного королевства, там, где начинается Дикий лес. Мы должны остановить ходячую крепость фальшивого короля, не дать ей выйти на поле боя. Понимаешь, что мне нужно?
– Разор понимает! – пискнул гремлин и неоновой вспышкой взлетел по стене. – Я помогу! Встретить хозяйку в лесу глупых эльфов! Бегу!
Не успела я опомниться, как он прыснул в угол, протиснулся в вентиляционное отверстие и был таков.
Пак вопросительно посмотрел на меня.
– Думаешь, он точно тебя понял?
Грималкин раздраженно поднял голову, словно я только что разрушила то, над чем он трудился долгие часы.
– Не знаю, – прошептала я, так и глядя вслед пропавшему гремлину. – Остается лишь надеяться.
Ясеня в тот вечер я не видела, хотя советов Пака не послушалась и попыталась принца отыскать.
Поначалу в развалинах башни кипела бешеная активность – повстанцы-фейри готовились к грядущей битве, – но постепенно все затихло. Доспехи были начищены, мечи наточены, а Глюк скрылся за закрытыми дверями с несколькими советниками – видимо, обсуждали стратегию. Пак, неизменно любопытствующий и воспринимавший закрытые встречи как личный вызов, заявил, что все скоро выяснит, и куда-то пропал. Я разнервничалась из-за бесплодных поисков Ясеня и, уставшая, вернулась к себе. На моей кровати вольготно развалился Грималкин.
– Грималкин, двинься! – потребовала я, пытаясь освободить место.
Кот заворчал и выпустил острейшие когти, я тут же отдернула руку. Золотистые глаза с вертикальными зрачками вдруг распахнулись.
– Я устал, человек. – Грималкин прижал уши к голове, демонстрируя довольно непривычное, но опасное недовольство. – Учитывая, что я всю ночь гонялся за этим гремлином, прошу тебя по-хорошему: дай мне выспаться, пока мы не отправились обратно, откуда пришли. Если ты ищешь Зимнего принца, он торчит на балконе, у насекомых. – Грималкин фыркнул и закрыл глаза. – Сходи-ка лучше поприставай к нему.
В сердце у меня вспыхнула надежда.
– Ясень? Ясень на балконе?
Грималкин вздохнул.
– И зачем эти люди вечно все повторяют и переспрашивают? – протянул он мне вслед, но я уже выскочила из комнаты.
Провожаемая любопытными и недовольными взглядами повстанцев, я бежала по лагерю, огибая гоблинов-хакеров, пакующих свои компьютеры, и бормоча извинения при нередких столкновениях. Добежав до лестницы на балкон, я сперва помчалась, перепрыгивая через две ступеньки сразу, но потом замедлила шаг. Вспомнила предупреждение Пака насчет «сосулек в лоб» и осторожно выглянула наружу.
Ясень стоял у края террасы, спиной ко мне, и ветер трепал его волосы и одежду. Луну затянули темно-красные тучи, в воздухе танцевали серые хлопья. Тонкий слой пыли, покрывавший балкон, заглушал шаги. Ясень дернул головой, но не обернулся, хотя явно услышал мое приближение.
– Невероятно, – прошептал он, вперяясь взором в пейзаж. Вдалеке, в толще туч, налилась ядовито-зеленая вспышка молнии, в воздухе остро пахнуло чем-то химическим. – Даже не верится, что это часть Небывалого. Если все может стать вот таким… Конец. Фейри исчезнут навсегда. Все, что я знаю, места, существовавшие с начала времен, пропадут.
– Мы этого не допустим, – твердо сказала я, подходя к краю террасы. – Фальшивый король будет остановлен. Я не позволю, чтобы все пропало.
Ясень промолчал, продолжая разглядывать равнину. Повисла неловкая, плотная тишина. Я чувствовала, что нам обоим хотелось что-то сказать, нарушить неловкость невысказанных вслух извинений… В конце концов молчание сделалось мне невыносимо.
– Прости меня, Ясень, – прошептала я. – За все, что наговорила тебе. Я не то имела в виду.
Он легонько качнул головой.
– Нет. Это я должен просить прощения. – Принц провел рукой по волосам, все еще не поворачиваясь. – Ведь я сам научил тебя драться, стоять за себя. И не имею права сердиться, когда ты показываешь, что сполна усвоила мои уроки.
– У меня был замечательный учитель.
– Ты уже не та девочка, с которой я познакомился, когда ты впервые явилась в Небывалое в поисках брата, – вполголоса произнес Ясень. – Ты выросла… изменилась. Ты стала сильнее, как она…
Имени он не произнес, но я сама догадалась: это об Ариэлле, любимой, которую он потерял в бою с виверной задолго до нашей встречи.
– Она всегда была сильной, – еле слышно продолжил Ясень. – Даже Зимний двор не мог сломить ее дух, сделать злой и жестокой. Она была лучше нас всех. Но я не смог ее спасти.
Он зажмурился от воспоминаний и стиснул кулаки.
– Она погибла, потому что я не смог ее уберечь. Я не могу… – Его голос чуть заметно дрогнул. – Я не могу смотреть, как то же самое с тобой…
