Понадобилось два стакана ледяного пива, чтобы организм впал в радостную прострацию. Марк довольно крякнул, отставляя уже второй запотевший стакан.
— Пиздят, как дышат, — Нора скривилась. — У меня брат и племянник в одной из таких группировок шебуршат. Хер там, а не работорговля. Берут зарвавшихся особей и трясут на овероны, потом отпускают. Жить как-то надо.
Марк благоразумно промолчал, надеясь, что вчера не наболтал лишнего по этому поводу.
— Ну так что? — женщина выложила на тарелку перед ним глазунью и кусок жареного бекона. — Вспомнил, о чём трещал?
— Речь про трейлерный парк? — осторожно уточнил Марк.
— И этот замученный хер срывает джекпот, — развеселилась Нора, едва не опрокинув сковородку.
— Да, я ищу информацию по тому, что там случилось. Собственно, я не знаю ни подробностей, ни даже расположения этого парка. Ищу одного из тех, кто там жил, тёзку.
— И во второй раз джекпот. Тут только одна жилая зона в таком дерьме оказалась. Ну и в том районе бар есть «Синяя звезда». У нас тут типа территория поделена, и всё такое, поэтому часто обмениваемся новостями. Мы с тамошней барменшей дела перетирали недавно, и она слила мне информацию. В общем целый посёлок под нож пошёл, вырезали всех, кроме одного парня, тёзки твоего, как ты сказал. Карла сказала, что этот парень в баре сидел, когда там народ резали. Он, типа, домой собрался, по дороге нарвался на конвой, а потом его машину один из местных работяг доставал. Потом уехал домой, а там сюрприз.
— Какой? — Марк уже разделался с яичницей и принялся за бекон, запивая еду пивом, самочувствие улучшалось на глазах.
— Говорит, парня уже ждала полиция и даже успела арестовать. Он, упакованный, взломал компьютерный терминал машины, в которой сидел за решёткой и слинял. Его даже на канале федерального поиска на первое место ткнули.
— Может, он убил всех и в бар уехал? — задал резонный вопрос наёмник. — Например, чтобы отвести от себя подозрение.
— Кто его теперь разберёт, — ответила Нора, открывая уже бутылку пива для себя. — Но, Карла говорила, что он парень нормальный был, и приехал вечером просто стаканчик пропустить. На то у барменов нюх. Вроде как на работе у него были проблемы, и он решил взять передышку.
— Может, мне самому можно с ней встретиться и поговорить? — Марк отложил вилку и вытер салфеткой рот.
— Не советую, — Нора нахмурилась. — Карла сама хотела за него вступиться и бумаги катать в полицию. Мужик её отговорил, когда узнал. Вы люди пришлые, если за вами след и след, то ей проблемы одни от вас будут, соображаешь? А информацию я передала, больше она ничего не знает.
— Спасибо, Нора.
— И да, там ещё кое-что было. Секунду, — женщина развернула меню корневой папки. — Точно, у парня дочь была, имя не знаю. И ещё, на следующий день, парня будто бы устранили.
— В смысле?
— Он висел первым на главном полицейском канале двадцать восьмого числа. Двадцать девятого его уже не было в списках. Полиция его не смогла найти, а вот охотники — запросто.
Дверь скрипнула и в бар зашла Эм. Вид у неё был похмельный: волосы растрепались, напоминая сейчас воронье гнездо, глаза полузакрыты, лицо чуть припухло. Одевалась, она, видимо, с теми же закрытыми глазами: футболка надета наизнанку, юбка задом наперёд. Плелась она еле-еле, едва переставляя ноги, отчего шаркала по полу, как древняя старуха.
— Всем привет, — протянула она жалобно и сморщилась, запах еды вызывал тошноту.
— Красавица наша очнулась, — Нора потянула из холодильника ещё одну бутылку холодного пива. — Мы тут как раз обсуждали твою персону.
— Да? — даже удивление девушки показалось каким-то полусонным. — Голова болит так, что хочется выть. Я вчера ничего не натворила?
— Если учесть, что ты танцевала голышом перед толпой изголодавшихся по красивым бабам мужиков, чуть не ввязалась в драку с одной из их девиц и безбожно перевирала «Железного зверя», пока плясала по барной стойке, то — нет, — хихикнула Нора. — Это не считая разбитой посуды и бурного секса, во время которого ты стонала так, что перебудила всех собак в округе.
— Чёрт! — на лице Амэтэрэзу появился румянец. — Чёрт!
— Не поминай нечистого, вдруг и правда принесёт. А ещё, ты призналась, что любишь вот этого человека, — Нора указала на Марка. — Что уже не знаешь, как без него жить. Правда, после бурного спаривания этот момент можно считать решённым.
На бедную Эм было тяжело даже смотреть. Румянец запылал на щеках, она резко развернулась и пошла в сторону выхода. Но уйти не удалось, Марк подхватил её за локоть и мягко, но настойчиво, подвёл к барной стойке.