Железное испытание полностью

– Мне послышалось или ты на самом деле нас поблагодарил? – спросила Тамара. – Ты не заболел?

– Не знаю, – ответил Колл. – Может, мне стоит прилечь.

Но Колл так и не лег. Он остался с друзьями и проговорил с ними до глубокой ночи.

Кконцу первого месяца Коллу было уже абсолютно все равно, каким позором станет для него первое практическое занятие, лишь бы это ознаменовало конец пребывания в Комнате Песка и Скуки. Апатичный ко всему, он сидел треугольником с Аароном и Тамарой и раскладывал песчинки на светлые и темные, светловатые и темноватые кучки, и казалось, это продолжается уже целую вечность. Аарон пытался завести разговор, но Тамара и Колл были способны разве что на нечленораздельное бормотание. Но теперь нет-нет, но иногда они все же переглядывались и молча улыбались друг другу тем особым образом, что характеризует крепкую дружбу. Уставшую до изнеможения, но все же реально существующую дружбу.

В обед в стене возник проход, и на этот раз в нем появился не Алекс Страйк, а сам мастер Руфус. В одной руке он нес нечто, выглядящее как большой деревянный ящик с торчащей из него трубой, а в другой – пакет с чем-то цветным.

– Продолжайте, дети, – сказал он, опуская ящик на каменный выступ.

Аарон выглядел испуганным.

– Что это? – шепнул он Коллу.

– Граммофон, – ответила Тамара, продолжая сортировать песок, хотя ее глаза смотрели на Руфуса. – Музыкальный инструмент, только этот работает от магии, а не от электричества.

И в этот момент из трубы загремела музыка. Она была очень громкой, и Колл не сразу узнал мелодию. Какой-то торжественный и раз за разом повторяющийся мотив, ужасно действующий на нервы.

– Это заглавная тема к «Одинокому рейнджеру»? – спросил Аарон.

– Это увертюра к «Вильгельму Теллю»! – Мастеру Руфусу пришлось повысить голос, чтобы перекричать затопившую класс музыку. – Вслушайтесь в трубы! Пусть ваша кровь забьется в жилах в такт! Приготовьтесь творить магию!

Сосредоточиться в этом шуме было очень и очень трудно. Настолько, что Коллу едва удавалось поднять в воздух одну песчинку. А стоило ему обрадоваться, что он вновь контролирует песок, как граммофон выдавал очередной звуковой залп, и его внимание рассеивалось.

Недовольно застонав, он открыл глаза и увидел, как мастер Руфус открывает пакет и достает из него темно-красного червя. Коллу очень хотелось верить, что это был желейный червь, особенно после того, как мастер Руфус начал жевать его с одного конца.

Колл задумался, что будет, если вместо того, чтобы концентрироваться на перемещении песка, он мысленно заставит граммофон разбиться о стену пещеры. Он поднял глаза и встретился взглядом с Тамарой.

– Даже не думай об этом, – сказала она, будто прочитав его мысли. Лицо у нее разрумянилось, а темная челка прилипла к мокрому от напряжения лбу.

В висок Коллу ударился ярко-голубой червь, и весь песок, что мальчик успел поднять в воздух, осыпался ему на колено. Червь упал на пол. «Что ж, это определенно желейный червь», – подумал Колл, отметив, что у червя не было глаз, да и выглядел он как обычная желейная сладость.

Кроме того, ему сразу стало многое понятно насчет Магистериума.

– Я не могу, – простонал Аарон. Он сидел с поднятыми руками, песок под ними бестолково вращался, а его лицо раскраснелось в тщетной попытке сосредоточиться. На его плечо упал оранжевый червь. Руфус бросал в них уже целые горсти.

– Ай! – вскрикнул Аарон от неожиданности.

В волосах Тамары застрял зеленый червь. Казалось, она сейчас заплачет.

Стена вновь стала прозрачной. На этот раз в комнату вошел Алекс Страйк. В руках у него был пакет, а стоило ему увидеть Руфуса, продолжающего швыряться червями, и учеников, изо всех сил пытающихся сосредоточиться на задании, как на его лице расплылась странная, чуть ли не злодейская улыбка.

– Заходи, Алекс! – бодро поприветствовал его Руфус. – Оставь бутерброды и насладись музыкой!

Колл задумался: может, Алекс сейчас вспоминает свой Железный год? Мальчик надеялся, что Алексу не приходится навещать и другие ученические группы, которые сейчас постигают разные классные вещи вроде обращения с огнем или левитации. Если Джаспер пронюхает, что за занятие было сегодня у Колла, он до конца жизни будет над ним подшучивать.

«Это неважно, – сурово одернул себя Колл. – Сконцентрируйся на песке».

Тамара и Аарон тоже вернулись к песочной рутине, перекатывая песчинки или перенося их по воздуху. Пусть и медленнее, чем всегда, но они продолжали работать, перестав отвлекаться даже тогда, когда им в затылок врезался желейный червь. Один такой, голубой, прилип к косе Тамары, а девочка этого даже не заметила.

Колл закрыл глаза и очистил разум.

Он ощутил прохладное прикосновение червяка, ударившегося о щеку, но на этот раз поднятый им песок не осыпался. В ушах гремела музыка, но внимание мальчика не ослабевало. Крупицу за крупицей, а затем, набравшись уверенности, он снова начал перемещать сразу несколько песчинок.

«Вот вам, мастер Руфус», – мстительно подумал он.