Железное пламя полностью

– Я могу их поставить, – пообещала я, встав у нее на пути, когда она попыталась меня обойти. – Если камень можно зарядить, я поставлю чары!

– Кадет! – Мама побагровела.

– Хотя бы проверим, держит ли камень силу, пока ты не приговорила нас всех к смерти! – давила я.

– Вайолет! – прикрикнула мама.

– Послушай меня! – рявкнула я в ответ. – Хоть раз в своей жизни послушай, что я тебе говорю!

Она отпрянула. Я этим воспользовалась.

– Хоть раз в моей жизни – поверь мне. Имей в меня веру. Я могу поставить чары.

Вот оно – еле заметный прищур ее глаз говорил, что я завладела ее вниманием.

– Если мы поставим чары, всем вивернам на этом поле конец. Все темные колдуны лишатся сил… – Я сглотнула, вспомнив Джека. – Почти. Назови хоть одно оружие, которое на это способно. Просто пойдем со мной и проверим, держит ли камень заряд. Помоги мне его наполнить! – умоляла я. – Если не держит, я сделаю все, что скажешь, но я могу, генерал. Я знаю, как!

– Хватит. Только время тратим. – Мельгрен отмахнулся от меня и двинулся со своими адъютантами к Кодагу.

– Погодите! – окликнула его мать, и у меня остановилось сердце.

– Прошу прощения, генерал? – рявкнул Мельгрен, разворачиваясь к нам в арке.

– Это моя академия. – Мама выставила подбородок. – Я сказала: погодите.

– Это моя армия! – прикрикнул он. – И ждать мы не будем!

– Технически здесь только половина армии – твоя, – заметил Ксейден, вперившись в орду виверн. – А вторая – моя. И раз уж тебе было несложно казнить моего отца, мне несложно бросить тебя умирать, если ты откажешься ей помочь.

Мельгрен воззрился на Ксейдена. От его лица медленно отливала кровь.

– Я так и думал. – Ксейден протянул мне руку. – Пройдешься со мной, Вайолет?

От чего-то в его голосе – может, от смирения – я сплела свои пальцы с его и вышла из арки, мимо Мельгрена – к драконам.

– Куда вы? Они сейчас нападут… – начал Мельгрен.

– Выигрываю ей время, – ответил Ксейден, и мне стало нехорошо на душе. – И они не нападут. Не сейчас. Они все еще ждут.

– Какого еще хрена они ждут?! – сорвался Мельгрен.

Рука Ксейдена сжалась на моей.

– Меня.

– В каком смысле – тебя? – спросила я, когда мы вышли перед Кодагом, глядя на поле боя, усеянное трупами виверн и драконов. В мой груди прорвалась пульсирующая боль ужаса.

Столько смертей – а мы еще не видели их основных сил. Судя по виду орды, они почти не задействовали вэйнителей.

– Это один из их учителей, – сказал Ксейден, не сводя глаз с колдуна посередине. – Тот, что сбежал из Рессона.

– Он был и тогда перед утесами. – Я с трудом сохраняла голос спокойным, несмотря на трепет сердца.

Чары нужно ставить уже сейчас. Это был единственный шанс выбраться отсюда живыми. Но любой дракон мог дать свой огонь только одному камню чар, а значит…

– Он думал, мы будем в Сэмарре. Рассчитывал, что мы поступим благородно и придем на зов Мельгрена.

– Откуда ты знаешь? – Я нахмурилась.

– Сделай нам обоим одолжение и не спрашивай.

Тэйрн и Сгаэль вышли вперед мимо Аймсира, выглядывая угрозы как на земле, так и в небе. С колотящимся сердцем я переводила взгляд между ними и медленно снижавшейся в сотне ярдов от нас фигурой Мудреца. Он спускался на землю.

Проклятье. Действовать нужно было быстро.

– Если бы ты выбирал, где правильно поставить чары, здесь, в Басгиате, или наши, в… – Я не могла сказать. Не здесь. – Что бы ты выбрал?

Ксейден поморщился, словно от боли, наконец оторвал глаза от Мудреца и посмотрел на меня.

– Ты должен выбрать. Мне хватит ресурсов поставить чары либо здесь, либо… там. – В моем голосе была нескрываемая мольба. – Я не могу решить за тебя.

Он и так отдал уже этому месту слишком много. Отдал мне.

Ксейден снова взглянул на зависшую в воздухе орду и театрально медленное снижение Мудреца на виверне.

– Чары ставят там, где находятся, то есть здесь.

– Но твой дом… – Мой голос звучал тише шепота.

– Ты – мой дом. И если сегодня мы все умрем, то знание все равно умрет с нами. Защищай Басгиат.

– Уверен? – Мое сердце стучало, будто часы, отсчитывающие время, которое нам осталось.

– Уверен.

Я кивнула, потом моя рука выскользнула из его – и я обратилась к самому большому дракону на Континенте.

– Мне нужно с тобой поговорить.

– Да твою мать, Ваойлет! – Ксейден резко развернулся, встав рядом со мной, когда Кодаг медленно поднял голову и чуть склонил ее, чтобы пронзить меня взглядом прищуренных золотых глаза, – потому что даже если бы он положил голову на землю, я все равно достала бы только до ноздрей. – Ты понимаешь, что делаешь?

– Если нет, нам всем конец.

И лучше поторопиться, потому что Тэйрн почти добрался. Я чувствовала, как он прорывается через мои щиты. Ни одному всаднику не удержать своего дракона, если он хочет что-то знать.