– Нет, – шепчет она. – Это чушь. Виргиния защитила бы его. Я точно знаю. Он наврал тебе с три короба.
– Флот истребителей Сообщества будет здесь через восемь минут, – говорит Крошка. – Нам надо драпать со всех ног, чтобы уйти. С нынешней орбиты мы можем добраться обратно на Луну за четыре недели.
Я почти не слышу ее. Мой разум сейчас не здесь, не с ними. Если бы только я мог вернуться в прошлое, чтобы никогда не отправляться на эту гиблую планету! Я просто хочу снова обнять своего мальчика. Я бы защитил его от всего мира. Я никогда бы не оставил его. Жив ли он еще? Почувствую ли я это? Меня снова сжимает в тисках ужас. Мир шатается, и я чувствую, как слезы ярости жгут глаза. Севро тоже замкнут на своем горе и весь кипит от гнева. Он взлетает по трапу и кричит упырям, что посадка объявлена. Однако я не двигаюсь с места. Просто не могу.
– Дэрроу, – бормочет Крошка, – что с тобой?
Севро разворачивается на верхней ступеньке трапа и смотрит на меня.
– Я не иду с вами, – говорю я, и мне кажется, что с этими словами остатки души вытекли из сосуда тела. Замечаю презрительный взгляд Севро. – Я не лечу на Луну.
– Босс, – говорит Коллоуэй, – что ты несешь? У них твой ребенок. Нам нужно возвращаться.
Крошка спускается обратно и касается моего плеча. Ее руки покрыты засохшей кровью, – возможно, это кровь ее мужа.
– У тебя шок. Тебе нужно подняться на корабль.
– Что бы ни случилось, это уже случилось, – говорю я. – Если Пакса похитили, Мустанг вернет его с тем же успехом, что и я. Если он мертв… с этим уже ничего не поделаешь.
Даже мне самому мой голос кажется голосом приговоренного. Пакс. Я вижу его глаза – как он смотрит на меня, встающего над телом Вульфгара. Ключ на цепочке так давит мне на грудь, что я едва могу стоять.
– Не говори так, Дэрроу, – просит Крошка.
– Ты нужен Мустангу, – говорит Тракса. – Ты нужен семье.
Она любит моего сына всей душой, как и все ее родичи. Где они были? Почему они не защитили его?
Я думаю о жене. Из-за этого она не одолеет сенаторов. Они скажут, что она не способна править. Что она скомпрометирована. Возможно, ее уже сместили. Оставленная позади жизнь разбита вдребезги, и первые трещины в ней оставил мой кулак. Кто бы ни похитил моего ребенка, он сделал это, чтобы причинить боль нам с женой. Наши грехи пали на голову этого совершенного, невинного мальчика.
Смерть порождает смерть порождает смерть.
Скольких сыновей похоронил Лорн? Четверых?
Я сделал свой выбор, и меня убивает то, что я предпочел не быть отцом. Не быть мужем. Я не справился с ролью примерного семьянина, поставив восстание выше семьи. А теперь оно балансирует на острие клинка. Возможно, Орион уже погибла, а наш объединенный флот, результат десятилетних трудов, уже превращен в обломки.
Мальчик-алый внутри меня побежал бы к своей семье.
Но я не могу.
Повелитель Праха был прав. Во мне не осталось ничего от алого. Я заложник собственного долга. Как Лорн. Как сам Магнус. Как Октавия. Мы с Севро не понимали их, когда были мальчишками. Но теперь, став мужчинами, мы превращаемся в них.
– Я нужен своей армии, – говорю я. – Возможно, Аталантия уже уничтожила флот. В таком случае наши люди на Меркурии оказались в ловушке. Отцы, жены. Девять миллионов человек заблокированы под городскими щитами. Они будут уничтожены, как Сыны Ареса на окраине. Как алые в шахтах. Я привел туда этих людей. И я их не брошу.
– Так, значит, вместо этого ты бросишь собственного ребенка? – спрашивает Севро. Он наконец-то спускается по трапу, чтобы встать лицом к лицу со мной, и упыри расступаются перед ним. – И украдешь меня у моей дочери?
– Мы даже не знаем, живы ли они.
– Заткнись! – Он как будто стискивает свое горе в кулаке. Прижатый к боку кулак дрожит. – Иди ты в шлак! Сколько раз я следовал за тобой? Сколько раз я полагался на тебя? Ты был не прав! Ты никого не слушал. Но я все равно пошел за тобой. Как преданная маленькая собачка. А теперь моя дочь… – Его голос дрожит. – Моя малышка…
– Прости меня, Севро. Правда, прости.
– Ты же отец!
– Я не прошу тебя идти со мной.
– О, можешь не сомневаться, я и не пошел бы!
– Возьми «Несс». Долетишь до Виктры и Мустанга и вернешь наших детей.
– Как ты выберешься с планеты? – спрашивает Крошка.
Я поворачиваюсь к челноку Повелителя Праха.
– Если я не смогу остановить их на Венере и Меркурии, они отправятся на Луну или Марс. Вы должны подготовить оборону.
Махнув на меня рукой, Севро разворачивается и поднимается по трапу «Несса».
– Севро… – (Он не оборачивается.) – Севро…
Он исчезает внутри, и его имя повисает в воздухе.
Слишком мало, слишком поздно.
