— Мы окружили Каменьку полностью. Войско разбили на три части, перекрыв, таким образом, все проходимые для врага пути. Войска встали на юге от Каменьки, на севере, а луговская дружина с перешедшими под нашу руку покоренными народами — здесь, на востоке, на главной дороге.
— Ясно. Из разговора с Семым я так понял, что, не сумев использовать против каменных стен «не тушимый огонь» и не сумев овладеть крепостью приступом, вы хотели взять сей град измором? Верно?
— Да Дивислав, все так, — подтвердил теперь уже сам Яролик. — Запершиеся в Каменьке долго не протянут! Скоро еда у них кончится в отличие от нас, — волхв кивком головы указал на выход из шатра, — в лесах водится зверь, в речках плавает рыба, рядом стоят веси с частично неубранным урожаем.
— А то, что земли племени собров и их соседей — тиверцев с бужанами полностью еще не покорены и к нам в любой момент может нагрянуть вражеские войска, вы это не учитываете?
— Знамо дело, могут, но что делать? Не уходить же отсюда не солоно нахлебавшись? Придут вороги — прямо здесь и дадим им бой! Все в воле Перуна!
— Походный вождь прав! Я и раньше об этом говорил. Нечего нам здесь высиживать яйца, нужно идти на приступ стен! — Ченстового бурно поддержало большинство собравшихся.
— Нужно лезть на стены ночью, тогда, возможно, и потери будут меньше! — выдал вождь Четай из Беркан.
Честно говоря, хотелось отдохнуть после долгого пути, а не разводить долгие дискуссии, тем более что решение вопроса у меня уже имелось. Дело в том, что какие-либо осадные орудия сложнее штурмовых лестниц и веревок с крючьями здешним славянам известны еще не были, поэтому я и предложил самый простой и надежный таран для взлома ворот. Нарисовал им угольком подвешенное раскачивающееся бревно, перемещаемое на усиленной телеге укрытой сверху.
— … а дальше просто, первая укрытая сверху «черепаха» подойдет вплотную к воротам и разберет каменный завал, а следующий за «черепахой» крытый таран своими ударами снесет ворота. Если утром начнем действовать, то не позже полудня уже будем в Каменьке.
Слушателей я поразил «своей» новаторской идеей, особенно довольным выглядел Яролик, который в завершении, когда племенные вожди поднимались, готовясь немедля начать все необходимые подготовительные работы со своими людьми, тогда волхв выдал «А я же говорил вам, что Дивислав обязательно придумает что-то умнее ваших кровавых лобовых приступов».
Коняшку моего обиходили без моего участия отправив на выпас в общий табун. На ночь я разместился в бывшей палатке Градислава, где меня у разведенного у входа в шатер костра с «хлебом и солью» встретил Ладислав вместе со знакомыми друзьями из луговчан. Над костром висел котел нашего производства, и в нем булькало какое-то варево, распространяя вокруг аппетитные запахи. Говорили до вечера, в подробностях услышал как погиб и где был сожжен Градислав. Когда красное солнце начало прятаться за заросший лесом гребень горы костер давно прогорел, содержимое котелка переместилось в наши желудки. Наскоро распрощался с друзьями отправившись спать.
Утром следующего дня в «штабной» палатке Яролика распределили порядок входа в проломленные ворота штурмовых подразделений. Первыми должны будут войти в Каменьку наши данники и новые «подданные». Два других лагеря, учитывая обороняющиеся силы неприятеля, было принято решение к штурму не привлекать, а занять их подготовительными работами для дальнейшего похода в горы. Там они должны будут двигаться в авангарде, разведывая маршруты и прокладывая дорогу арьергардным частям. А в это время находящиеся среди луговчан плотники и иные лица ремесленных специальностей под моим надзором были привлечены к сооружению двух осадных машин — «черепахи» и тарана.
Вечером того же дня, когда осадные машины были собраны, было принято решение атаковать Каменьку утром следующего дня.
Из-за отрогов гор стал медленно подниматься оранжево-красный шар солнца, своим теплом рассеивая легкий туман, обращая его в росу на траве. Просыпался и лагерь. А я рассматривал Каменьку, нашу сегодняшнюю цель. Крепость располагалась на вершине холма, по периметру была окружена оборонительными сооружениями в виде стен высотой до четырех метров выложенных из дикого камня
На рассвете прирезали несколько животин и покрыли сырыми «противопожарными» шкурами нашу новую осадную технику прежде чем пустить ее в дело.
Не прошло и часа, как громко затрубил рог, призывая луговчан к боевому построению.
Первыми выдвинулся расчет осадной машины с подразделениями прикрытия оснащенными мощными дубовыми щитами. Вначале бойцы укрытые «черепахой» под градом камней разбирали завал у ворот. Затем подвешенный на веревках древесный ствол, раскачиваясь взад и вперед, принялся методично таранить вражеские ворота.
