— Если будешь рыдать, плачь потише, — промурлыкал откуда-то сзади знакомый голос. — Гоблины чуют запах страха. Они тебя еще сильней замучают, только повод дай.
— Грималкин?
Корчась в клетке, я поискала взглядом и обнаружила, что серый кот, практически незаметный, пристроился в углу. Он сосредоточенно сузил глаза, а сам крепкими острыми зубками пытался перегрызть одну из кожаных завязок.
— Глупая, не пялься на меня! — выплюнул он, и я торопливо отвела взгляд. Кот зарычал и принялся раскачивать прут клетки. — Гоблины не слишком умные твари, но даже они заметят, если ты заговоришь с пустотой. Сиди спокойно, а я тебя отсюда вытащу через минуту.
— Спасибо, что вернулся, — прошептала я, разглядывая двух гоблинов, подравшихся возле прутяной клетки какого-то несчастного создания. Ссора закончилась тем, что один из гоблинов шарахнул другого по башке своей палицей и поволок прочь добытый трофей. Проигравший немного полежал, оглушенный ударом, потом вскочил на ноги и бросился догонять.
Грималкин принюхался и снова принялся грызть веревки.
— Не ввергай себя в еще большие долги, — невнятно пробурчал он мне сквозь ошметки кожи. — Мы уже договорились. Я согласился отвести тебя к Паку и всегда выполняю свою часть сделки. А теперь заткнись, я занят.
Я кивнула и замолкла. Внезапно в стане гоблинов раздался дикий вопль. Все вскочили на ноги, шипя и переругиваясь, а из чащи леса в центр стойбища вразвалку вышло монструозное создание.
Еще один гоблин — но массивней, шире, еще злей на вид, чем все его собратья. Он по локоть закатал рукава длиннющего малинового мундира с медными пуговицами, фалды которого волоком тащились по земле. В лапе гоблин сжимал изогнутый бронзовый клинок, изъеденный ржавчиной по краям. Существо зарычало и затопало к кострищу. По тому, с каким подобострастием остальные ему уступали дорогу, я догадалась, что это и есть их вождь.
— Заткнитесь, вы, собаки вшивые! — взревел вождь, раздавая тумаки тем гоблинам, что не успели убраться с его пути. — Никчемные вы все! Я весь в трудах, в заботах, в набегах, а вы, собаки, что мне добываете? А? Ничего! Даже кролика не изловили на гуляш! От вас тошнит.
— Вождь, вождь! — закричали разом несколько гоблинов, пританцовывая на месте и показывая пальцами. — Смотри, смотри! Чего мы изловили! Принесли тебе!
— Э? — Вождь зыркнул взглядом по лагерю; злобные глазки уставились на меня. — Это чего? Вы что, никчемные букашки, умудрились изловить могущественного эльфа?
Он вразвалку приблизился к клетке. Я не удержалась и украдкой покосилась на Грималкина, но кот исчез из виду.
Я с трудом сглотнула, подняла голову и посмотрела в красные глазки вождя.
— Что за неведома зверушка? — фыркнул гоблин. — Это не эльф, кретины! Ну и что, что уши! — Он принюхался, поморщив нос картошкой. — К тому же пахнет не так... Эй ты, дурацкое подобие фейри! — Он плашмя ударил мечом по клетке так, что я подпрыгнула. — Ты чего такое?
Все гоблинское племя сгрудилось у клетки и разглядывало меня: кто с любопытством, но большинство — голодными глазами.
— Я... э... я фея-аниме, — со вздохом сообщила я, вызвав недовольное хмыканье у главного гоблина и озадаченные взгляды его сородичей.
В толпе забормотали, шепот охватил присутствующих, как лесной пожар.
— Чего?
— Я о таких не слышал никада.
— А эта вкусна?
— Есть можна?
Вождь нахмурился.
— Никогда не видел фей-аниме, — проворчал он, почесывая голову. — А, какая разница. На вид ты молодая, и тебя, пожалуй, хватит всем ребяткам на пару ночей. Ну, чет выбираешь, аниме? — Он ухмыльнулся и взмахнул мечом. — Сварить тебя заживо или поджарить на углях?
Я стиснула руки, чтобы унять дрожь, и ответила как Можно беспечней:
— Мне и то, и то годится. Завтра это станет все равно, У меня по жилам яд течет, смертельный. Откусишь от меня кусочек — у тебя вся кровь вскипит, кишки расплавятся и ты растаешь кипящей лужей грязи.
Племя зашипело; несколько гоблинов оскалились на меня и зарычали. Я скрестила руки на груди, вздернула подбородок и уставилась на гоблинского вождя.
— Так что давай, ешь меня. Завтра превратишься в лужу слякоти и впитаешься в землю.
Многие гоблины попятились прочь, однако вождь не шелохнулся.
— Заткнитесь, трусливые собаки! — Рявкнул он на перепуганных соплеменников. Кисло посмотрел на меня и сплюнул на пол. — Значит, есть тебя низя. — Прозвучало это не слишком обнадеживающе. — Абидна, да. Но тебя-то это не спасет, девчонка. Если ты такая ядовитая, я тебя прям щас прикончу, только кровь помедленней спущу, чтобы ты меня не отравила ядом. Потом сдеру с тебя шкуру и повешу над дверью, а из костей наделаю наконечников для стрел. Как мне бабуля наставляла, неча разбрасываться.
— Подожди! — закричала я, когда он уже шагнул ко мне и взмахнул мечом. — Зачем... зачем же меня так бездарно портить? — Выдавила я. Вожак недоверчиво меня рассматривал. — Ведь существует способ очистить мою кровь от яда и сделать меня съедобной! Если мне все равно умирать, пусть меня лучше съедят, чем замучают.
Вождь гоблинов осклабился.
