— Гм, теперь понятно: ты намерена спасти своего брата, которого похитил Машина.
— Да, — я облегченно выдохнула. — Получается, Железный король — это не вы?
— Ну как тебе сказать... — Старик улыбнулся, и я опять насторожилась. Он усмехнулся. — Не бойся, дитя. Я не желаю тебе вреда. Оставь надежды на спасение брата: Машина слишком силен, никакое оружие не способно ему повредить, и ты напрасно пожертвуешь жизнью.
Сердце сжалось при воспоминании о стреле из сердца дуба, выброшенной в канаву.
— Знаю, — прошептала я. — Но я должна попробовать. Я уже столько прошла! Сейчас я не сдамся.
— Если Машина похитил твоего брата, значит, он ждет тебя. — Старик пригнулся ко мне. — Ты ему зачем-то понадобилась. Я чувствую в тебе силу, девочка, но этого не хватит. Король Железа — мастер манипуляции. Он использует тебя в своих целях, и ты не сумеешь противиться. Возвращайся домой, дитя. Забудь об утратах, возвращайся домой.
— Забыть?
Вспомнились друзья, ради меня пожертвовавшие всем: Пак, Старейшая дриада, Ясень...
— Нет, я никогда не забуду! — Я сглотнула комок в горле. — Даже если это безнадежно, я должна идти вперед. Это мой долг перед всеми, кто дорог мне...
— Глупая девчонка! — зарычал старик. — Я больше всех знаю о Машине — его повадки, его силу, его мысли, и ты меня не слушаешь! Что ж, беги к своей смерти. Ты поймешь, но слишком поздно: Машину нельзя победить. Мои советники твердили мне об этом, но я пренебрег их советами.
— Вы пытались победить его? — Я уставилась на хрупкого старика, силясь представить, как это такая развалина умудрилась с кем-то сражаться. — Когда? Почему?
— Потому, что когда-то я был Железным королем, — терпеливо ответил старик и продолжил: — Меня зовут Феррум. Как ты наверняка заметила, я стар — древнее Машины, древнее всех Железных фейри. Видишь-ли, я первый рожденный в кузнечном горне в те времена, когда человечество впервые обнаружило железо. Я возник из людского воображения, из стремления покорить этот мир металлом, способным резать бронзу, как бумагу. Я видел, как мир изменялся, как люди делали свои первые шаги из мрачной глубины веков к свету цивилизации.
Я с удивлением слушала рассказ.
— Долгие годы мне казалось, что я такой один. Но человеку всегда мало... Люди всегда тянутся дальше, извечно пробуют новое. Появились другие, подобные мне, рожденные из мечтаний нового мира. Они приняли меня как короля, и долгие столетия мы жили скрытно, уединенно от остальных фейри. Я понимал, что если бы дворы фейри обнаружили наше существование, они бы объединились и уничтожили нас. Потом, с изобретением компьютеров, появились гремлины и пауки. Оживленные людским страхом перед чудовищами, обитающими в машинах, эти создания вели себя гораздо беспорядочней, отличались жестокостью и склонностью к разрушению. Они распространились по всему миру. Технологии шагали по планете, и вместе с ними рождались еще более новые, могущественные фейри: Вирус, Глюк и Машина, сильнейший из всех. Он не хотел скрываться. Он задумал покорить, завоевать Небывалое, разрушая все, встающее на его пути. Он стал моим самым могущественным полководцем, и пару раз мы с ним серьезно спорили. Мои советники советовали мне его изгнать, бросить в темницу, даже убить. Его боялись, и справедливо! Я же был слеп к опасности.
Старик тяжело вздохнул.
— В конце концов Машина обратился против меня. Он собрал вокруг себя армию подвижников, которые придерживались его убеждений, напал на мою крепость изнутри и перебил всех, кто сохранил мне верность. Мы пытались дать отпор, но оказались слишком древние, устарелые... Мы не сумели противостоять свирепой армии Машины. С высоты своего трона я следил за его приближением, зная, что вот-вот умру. Машина сбросил меня на пол, рассмеялся и пообещал, что убивать не станет, а позволит мне растаять, постепенно раствориться в забытьи и неведении, когда даже имя мое сотрется из человеческой памяти. Он занял мой трон, а я ощутил, что сила моя слабеет, утекает прочь, к Машине. Его признали новым Железным королем, а я с тех пор обитаю здесь. — Феррум обвел рукой пещеру и шебуршащих вокруг «хомяков». — В забытом подземелье, на троне из мусора, могущественный король старьевщиков. Благородная судьба. — Он горько усмехнулся. — Эти верные создания таскают мне бесполезные подношения и считают королем свалки. Они признали меня как своего правителя, но что толку? Эта мелюзга не способна вернуть мне трон, однако не дает мне растаять в забвении. Я не могу умереть, но едва выношу свою жизнь, осознавая, сколького лишился. Сколько у меня похитили! И все из-за Машины!
Он сгорбился на троне и закрыл лицо руками.
Старьевщики засуетились вокруг, взволнованно чирикая над стариком и поглаживая несчастного лапками. Я ощутила прилив сочувствия и брезгливой досады.
— Я тоже много потеряла, — сказала я, заглушая тихие всхлипывания старика. — Машина многое у меня отнял, но я не собираюсь сидеть и тупо ждать. Даже если он неуязвим, я сражусь с ним и любыми способами верну свое — или умру, сражаясь. Сдаваться я не намерена!
