– Растительное, животное и грибы, – перечислил Глеб. – То есть – грибное.
– Почему такой порядковый номер? – уточнил вопрос Вася. – Почему не второе, не первое?
– Так исторически сложилось. – Глеб вздохнул, вынужденно выговаривая прописи. – Грибы систематики последними выделили в отдельное царство – раньше их причисляли к растительному. Хотя, по логике, им, конечно, надо быть вторыми.
– Вот, все-таки второе царство-государство. Что ещё? – не унимался Вася из багажника.
– Ленин – гриб, – подал голос я.
– Не выпендривайся, – вывел меня за рамки научной дискуссии Фёдор.
Однако формальное течение беседы было уже безоговорочно нарушено.
– Грибы дома не ночуют, – сказал Сергей.
– Это что такое? – не понял Вася.
– Так говорят. – Сергей кротко улыбнулся. – В том смысле, что, если грибы на ужин, – сон беспокойный. Тапочки далеко от кровати ставить не надо.
Фёдор участвовать в балагане не хотел.
– Вон там твои горящие копи, – обернулся он ко мне. – Урочище Кухи-Малик – гора владыки.
Рука показывала на отворачивающую вправо грунтовку.
Я посмотрел – вдали, у вершины гряды зыбким облачком висел желтовато-сизый дым.
Привиделось – или на самом деле?
Неважно. Они были рядом – вечные огни Согда, зороастрийская топка чудес, танур аллаха.
Или, скажем, кожа на переплёт, которая была в ходу, да и сейчас ещё в ходу отчасти. Самой дешёвой прежде была овечья кожа – в разных обработках, крашеная и некрашеная: так называемый шагрень овечий, шпалевый шагрень, лиссе, мраморная овечья кожа и, наконец, индейские овечьи кожи, мерея которых имеет тонкозернистый вид.
Также в былые времена в большом употреблении была телячья кожа, как крашеная, так и нет, – верх ровный, без структуры и весьма чувствительный, поэтому для переплётов повседневных её рекомендовать нельзя. Хотя, если сравнить с материалом нынешнего века, она – драконья чешуя. Бывало, зернистая структура в сортах телячьей кожи встречалась тоже, но тут зерно искусственного свойства, а не родовое.
Юфтевая или, иначе, русская кожа изготовлялась из коровьих, лошадиных и телячьих шкур. Прежде её в переплётном деле до известной степени ценили, хотя она и дубится с жированием.
Больше этих ценился (как ценится и ныне) сафьян козлиный, особенно из шкур европейских коз – красивый по фактуре (крупное зерно), прочный и цветов разнообразных.
Однако лучшая, самая красивая и самая из кож устойчивая – марокен, особый сорт сафьяна, выделываемый из шкур африканских коз. Эта кожа имеет сильное зерно и хороша как крытьё для художественных переплётов и демонстраций мастерства (хотя завет главнейший в нашем, как и в любом другом, художестве – работай так, чтобы не виден был предел твоих умений).
Теперь что касается кожи бычьей – она употребляется, когда рисунок на переплёте набивают пуансонами или режут ножом – кожа эта толстая и крепкая, её пускать уместно на почтенный том.
Но самой прочной кожей из указанных является свиная. Она имеет характерную мерею (морщины и поры от щетины), и из-за крепости на сгибе её берут для переплётов книг, которыми предполагают пользоваться часто. Годится в дело, даже если не окрашена.
Кроме этих сортов, известен ещё ряд, так сказать, кож-фантази с искусственной мереёй, которые выделываются по большей части из телячьих кож. Особенно они размножились по нынешнему времени, когда в чести фальшивка и подлог. Посредством прессования, тиснения, окраски или других фабричных упражнений им придают наружные узоры и структуру, присущие во всех деталях сафьяну или иным каким-нибудь занятным кожам – крокодиловой…
Вот раззява – опять не в ту тетрадь!..
Однако если посмотреть – всё это кожи, выделанные дублением, тут минеральной химии в былые времена использовали малость, чуть (при обеззоливании), а крепко квасцевали (иначе квасцевание зовут белодублением) другие – сыромятные, для шорных дел и лайку. Впрочем, известно – как мудрецам из древности, так и тому, кто и сегодня своё соображение имеет, – и в малом есть большая сила! Так! Бывает, достаточно одной щепотки соли, чтобы негодную стряпню обратить в блюдо вкусной и питательной кулинарии. Такое, что оближешь пальчики!
Надо бы узнать подробно о кожевенных красильнях: в какую краску – какие вещества употребляли в прошлом…
Эх, если б не нога, сам бы поехал в эти копи! Но как? Как без ноги скакать по скалам? Тут и с двумя умаешься небось… Это – причина. Ведь если надо ехать для большого дела, а я не еду – быть должна причина? Должна, конечно: не будь её, поехал бы. А я не еду. Значит, нет ноги. Есть деревяшка, да простит мне и на этот раз ребяческую неучтивость мой немецкий протез на пружинке. Да. И всё-таки, как ни крути, протез – не натуральная нога. Даже такой прекрасный, как у меня… С ногой поехал бы. Но ведь не еду. Значит…
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
