Я поклонился одетой в робу фигуре и пересек мост, всю дорогу чувствуя на себе взгляд древних глаз. Однако когда я добрался до другой стороны и обернулся, Хранителя не было. Огромная масса Земель Испытаний уплывала, стремительно становясь все меньше и расплывчатей, пока не исчезла в Конце Света.
Следуя за Грималкиным по коридору назад в храм, мы добрались до тяжеловесной каменной двери состязаний. На мгновение я испугался, что мы опоздали. Волк лежал не двигаясь в дверном проеме, огромная голова покоилась на его лапах. Кровавая пена покрывала рот и ноздри, мех смялся и потускнел, а сквозь черную шкуру резко проступали ребра. Духи все еще цеплялись за него через отверстие, пытаясь затащить его обратно в храм, навсегда поймать в ловушку. Но даже обессиливший и очевидно безжизненный, он был также неподвижен, как и гора.
– Жаль, — заметил Грималкин, когда мы подошли ближе. — Раздавленный под дверью — это не тот конец, какой я бы представил для Огромного Страшного Волка. Но полагаю, в конце концов, что и он уязвим.
Сверкающие зеленые глаза Волка распахнулись. Увидев нас, он слегка кашлянул и приподнял голову с лап, уставившись на меня. Кровь капала с его носа и рта.
– И так, в конце концов, ты сделал это, — констатировал он. — Полагаю, что должен поздравить тебя, но в настоящее время меня это мало волнует. — Он тяжело дышал, переводя глаза с меня на Пака и Грима, а затем навострил уши. — А где девчонка?
Пак отвел взгляд, а я вздохнул, проводя рукой по волосам.
– Ее нет.
Волк кивнул, не удивленный.
– Ну, если вы хотите уйти той же дорогой, я уверен, что вы сможете проскользнуть под камнем. Эти призраки надоедливые, но они больше не представляют проблемы.
– А что насчет тебя?
Волк вздохнул, снова положив голову на лапы.
– У меня не осталось сил. — Закрыв глаза, он с болью переместился на камнях. — Так же как и у вас нет сил, чтобы сдвинуть эту дверь. Оставьте меня.
Я сжал кулаки. Воспоминание о принесенной Ариэллой жертве все еще причиняло мне жгучую боль.
– Нет, — сказал я, заставив Волка приоткрыть веко. — Я уже наблюдал за смертью одного друга сегодня. Я не потеряю другого. Пак… — Я сделал шаг вперед и уперся плечом в основание плиты. — Идем. Помоги мне сдвинуть это.
Пак сомневался, но подошел и подпер камень, вздрогнув, когда попробовал сдвинуть его.
– Уф, ты в этом уверен, снежный мальчик? Я имею ввиду, что ты теперь человек…
Он затих от выражения на моем лице.
– Ну, хорошо. На три? Эй, Волчара, ты ведь тоже собираешься помогать, правда?
– Вы не можете освободить меня, — сказал Волк, взглянув на каждого из нас по очереди. — Вы не достаточно сильны. Особенно если принц простой смертный.
– Как печально. — Грималкин подошел, остановившись от морды Волка точно на расстоянии броска, подальше от сомкнутой пасти. — То, что великая собака должна полагаться, что человек спасет ее, потому что она слишком слаба, чтобы двинуться. Мне следует присесть здесь и понаблюдать, чтобы навсегда запомнить этот день.
Волк зарычал, шерсть встала дыбом. Привстав на ноги, он уперся плечами в плиту и напрягся, обнажая клыки.
– Двигай.
Мы надавили. Камень не поддавался нам, упрямый и неподвижный. Даже с объединенными усилиями Пака и изможденного Волка, он был слишком тяжелым, слишком массивным для нас троих, чтобы сдвинуть его.
– Это не сработает, принц, — процедил Пак сквозь сжатые зубы с красным от напряжения лицом. Я проигнорировал его, надавливаясь плечом в каменную плиту со всей силы. Она больно поцарапала мою кожу, но не пошевелилась. Инстинктивно я открыл себя для чар окружающих меня, забыв, что я был всего лишь человек.
И почувствовал, как дрожь прошла по воздуху, порыв холода и плита внезапно сдвинулась. Всего лишь на дюйм, но мы все почувствовали это. Глаза Пака округлились, и он метнулся на камень, надавливая на него со всей силы, пока Волк делал тоже самое. Призраки завизжали и завопили, цепляясь за Волка, словно почувствовав, что он ускользает от их хватки. Закрыв глаза, я продолжал оставаться открытым для холода. Знакомая сила текла во мне, и я толкнул каменный блок так сильно, как только мог.
С последним, упорным стоном плита, наконец, поддалась, поднявшись всего лишь на несколько дюймов, но этого было достаточно. Волк издал победное рычание и быстро выскользнул из-под нее, вырываясь из хватких рук призраков все еще цепляющихся за него и оставляя их в дверном проеме. Мы с Паком также отскочили. Дверь захлопнулась с замогильным гулом, раздавив нескольких призраков в дымку.
Тяжело дыша и пошатываясь, Волк поднялся на ноги, сильно встряхнулся, смахивая пыль. Глядя на меня, он сдержанно поклонился.
