По градом вражеских ударов он вновь замахнулся клешней, на этот раз сдирая заплаты, установленные на брюхе «Диес Ире». Чудовище отшатнулось назад, пытаясь хоть как-то защитить реактор, который теперь стал уязвимым.
В бой вступил «Пакс Император». Несмотря на страшные повреждения, титан опустил цепной кулак на верхние бастионы вражеской машины, и лезвие с оглушительным визгом распороло корпус, приближаясь к командному мостику «Диес Ире».
Шипастый хвост механической твари взметнулся в хлестком ударе и вдребезги разбил коленный сустав имперского титана, в результате чего тот пошатнулся, и лезвие цепного кулака сорвалось с брони противника.
А затем «Диес Ире» развернулся, наставил плазменный аннигилятор прямо на рубку «Пакс Император» и выстрелил в упор.
Невероятной силы взрыв уничтожил всю верхнюю часть корпуса «Грабителя», и оба титана, сошедшиеся в схватке, утонули в потоках жидкого огня. Останки «Пакс Император» перевалились через стены бастиона и рухнули в ров, изрыгая в небо столбы черного дыма.
Но гибель товарища дала Даэкиану шанс.
Он приказал своему титану ударить в торс «Диес Ире», где броня, закрывавшая реактор, была раньше повреждена атакой принцепса Фиераха, а сейчас еще ослабла от жара взрывов. Даэкиан взревел, чувствуя, как клешня вспорола самое нутро врага, обхватил железной рукой его ядерное сердце и изо всех сил сжал.
Хонсю, наблюдавший за битвой окутанных дымом титанов, от всей души желал, чтобы махина «Диес Ире» раздавила презренных врагов и превратила их в металлолом. Пока шел этот поединок, он укрывался за гребнем бреши, с ног до головы покрытый грязью и кровью.
Раздражение и нетерпение нарастали в нем с каждым новым взрывом. Так им никогда не преодолеть брешь.
Два гиганта продолжали бой у дальнего бастиона – бой, от которого земля содрогалась, как при сильном землетрясении.
– Форрикс! – позвал Хонсю, перекрикивая грохот рвавшихся снарядов. – Эта битва скоро закончится, так или иначе. Пора отступать!
Форрикс покачал головой и зло усмехнулся:
– Я так и знал, что на самом деле ты трус. Никакого отступления. Мы возьмем эту брешь.
Хонсю в ярости схватил ветерана за плечо.
– Нужно убираться отсюда! Атака захлебнулась, и враг уже перегруппировался за стенами. Промедлим – и будет еще хуже. Мы проведем еще один штурм позже!
На мгновение ему показалось, что Форрикс снова начнет возражать, но ярость ветерана улеглась, и он кивнул, развернулся и, не говоря ни слова, начал спускаться по склону.
Хонсю пошел следом. Железные Воины отступили от стен и организованными группами двигались обратно ко рву, как вдруг, как раз, когда Хонсю перебирался через ощетинившийся арматурой обломок рокрита, небо наполнилось ужасающе ярким светом. Все краски померкли, словно выцвели, и день озарился ослепительным сиянием сверхновой звезды.
«Диес Ире», из брюха которого били фонтаны плазмы, оказался окутан слепящим, непереносимо жарким пламенем. Кулак вражеского титана, чьи глаза светились белым, погрузился глубоко в его внутренности и теперь разрывал на части нутро демонической машины. Сцепившись намертво, оба титана старались высвободиться из железной хватки противника, и земля вздыбилась от ярости их противостояния.
Затем раздался страшный стон: обе машины потеряли равновесие и повалились в ров.
– Бегите! – заорал Хонсю. Перед лицом этой новой опасности все мысли об организованном отступлении были забыты.
Он промчался мимо равелина и в несколько шагов преодолел усыпанные щебнем склоны рва, а тем временем титаны тяжело рухнули на внешний фас куртины между воротами цитадели и бастионом Винкаре. Их корпусы проскрежетали по поверхности фаса, оставляя за собой потоки горящей плазмы. В защите цитадели образовалась еще одна огромная прореха.
Хонсю выбрался изо рва, изо всех сил стремясь добраться до земляных укреплений и безопасности. Форрикс бежал рядом, благодаря новым бионическим имплантатам двигаясь с приличной скоростью, несмотря на тяжеловесный терминаторский доспех.
Оба титана упали на землю с такой силой, что ударной волной Хонсю сбило с ног и швырнуло вперед. Он врезался в верхушку земляного вала, по инерции перекатился через него, и в этот момент из пробитых реакторов титанов рекой хлынула плазма.
Пылающий поток затопил ров и уничтожил бесчисленные трупы в нем за секунду. От Первого равелина ничего не осталось – он был похоронен под тысячами тонн армапласта и керамита. Вдоль всего рва пронеслась волна огня и пара, от которой камни на его склонах спеклись в сплошную массу.
Острые, раскаленные добела осколки дождем обрушились на цитадель; один из обломков – остатки командного мостика «Гонорис Кауза» – сокрушил часть стены всего в пяти метрах от кастеляна Леонида.
Оба титана, погрузившиеся в расплавленную жижу, которая заполнила ров, еще слабо шевелились, не прекращая бой, даже когда их полностью охватил жадный огонь.
Первая попытка штурма провалилась.
