Любое воспроизведение или онлайн публикация отдельных статей или всего содержимого без указания авторства перевода, ссылки на Games Workshop запрещено. Права Games Workshop должны рассматриваться и быть упомянуты как действительного автора содержимого.© 2009-2011Any reproduction or on-line publication of individual articles or entire document without the indication of the authorship of translation and reference to the Games Workshop is forbidden. The rights of Games Workshop must be considered and referred to as the original authors of the information.© Copyright Games Workshop Limited 2009. Games Workshop , BL Publishing, Black Library , Warhammer, Warhammer 40,000, Warhammer Historical, the foregoing marks' respective logos and all associated marks, logos, places, names, creatures, races and race insignia/devices/logos/symbols, vehicles, locations, weapons, units, characters, products, illustrations and images from the Warhammer world and Warhammer 40,000 universe are either ®, ™ and/or © Games Workshop Ltd 2000-2011, variably registered in the UK and other countries around the world. Used without permission. No challenge to status is intended.
Эта планета была безымянной. Не потому, что название забылось за бесчисленные тысячелетия, что прошли с обнаружения планеты; и не потому, что оно затерялось в пыльных архивах историков. Названия не было, потому что планете его не дали: те, кто открыл ее, словно чувствовали, что мир, снабженный именем, привлечет к себе новых посетителей.
После Великого Предательства, когда Империум начал возрождаться, эксплораторы отправились на поиски новых миров и обнаружили планету, практически по всем параметрам враждебную человеку. Ревущие ветры ураганом проносились над кремнистыми дюнами, над впадинами, заполненными серой кварцевой крошкой, над вздымающимися до небес утесами из базальта и обсидиана. На планете не было жизни, и первые люди, под шагами которых захрустел блестящий песок ее зеркальных пустынь, ощутили эту враждебность, от которой не защищал даже толстый слой пластали на скафандрах.
Через тринадцать часов после высадки шесть членов экспедиции покончили с собой, разгерметизировав скафандры, а еще один набросился на товарищей с плазменным резаком. Прошло еще шесть часов – и еще десятеро погибли, поддавшись приступам безумия и кровожадной ярости.
Оставшиеся в живых спешно покинули планету, так и не дав ей имени и не отметив ее в записях имперских картографов. Они надеялись уберечь других от участи, которой не избежали сами.
Забытая планета двигалась по своей орбите в пустоте космоса, безымянная и брошенная.
Но такие злополучные места всегда привлекают тех, кто несет раздор.
Пыльный котел, лежавший в сердце континента, был окружен горным массивом, скалы которого вздымались, словно ряды черных зубов. Хлесткий ветер, дувший из кварцевых пустынь, гнал над землей клубы мелкой стеклянной крошки; аспидно-серое небо низко нависало над поверхностью планеты – как огромный молот, который вот-вот упадет.
Оставив транспорт ждать, не заглушая двигателей, на скальном выступе в сотне метров ниже, Хонсю поднялся к краю впадины. Порывы воющего ветра вцепились в него своими безжалостными когтями, но сила, данная его телу древним искусством, и механическая мощь доспеха цвета вороненого железа позволили ему устоять перед яростью стихии.
– Уже близко, – сказал он четверым воинам, которые шли следом. – Я чувствую: она здесь.
– Никто здесь не живет, – огрызнулся Кадарас Грендель, облаченный в такой же темный доспех, но покрытый вмятинами и царапинами. Прикрыв рукой визор, чтобы заслониться от кружившихся в воздухе крупиц кварца, он добавил: – Мы впустую тратим время, Хонсю. Здесь ничего нет.
– Наконец испугался, Грендель? – Хонсю не мог не поддеть спутника. – Уж не думал, что доживу до этого дня.
– Этот мир проклят, – ответил Грендель и крепче сжал оружие – почерневший мельтаган, который за свой век отправил на тот свет тысячи врагов. – Нам нужно уходить отсюда.
Сильного гиганта окружала аура жестокости, и Хонсю удивился тому, что Грендель на провокацию не поддался.
Свежерожденный, стоявший рядом с Гренделем, следил за их разговором с любопытством прилежного ученика. Неподвижная маска шлема скрывала его лицо, составленное из фрагментов мертвой кожи; тело существа было сплавом украденного генетического материала и энергии варпа. Свежерожденный был гораздо сильнее, чем мог себе представить любой из его спутников, но разум его был разумом ребенка и с готовностью впитывал любую информацию.
Мельчайшие крупинки стекла стерли с их доспехов краску и все знаки отличия. Лишь несколько часов назад символы Железных Воинов были видны на их наплечниках, но из-за неистового ветра Хонсю, Грендель и Свежерожденный внешне выглядели теперь почти одинаково.
Почти.
Хотя доспехи всех трех Железных Воинов в равной степени несли на себе следы песчаной бури, серебряная рука Хонсю блестела серебром ртути. Любая царапина, которую песок оставлял на ее поверхности, немедленно исчезала, словно рука обладала необъяснимой способностью к регенерации.
