— В ту ночь, в городе, толпа расступилась перед тобой, а я даже не задумалась об этом. Все эти люди останавливались, замирали… И сегодня на Арене… Когда Глэн бросился на меня. Это ты заставил меня повернуться?
Северин склонил голову, вновь избегая моего взгляда. Беззвучно признаваясь в содеянном.
— Я не мог допустить, чтобы он навредил тебе. Не мог, — прошептал он и наконец посмотрел на меня. В синих глазах плескалась настоящая боль. — Прости. Я мог бы пообещать никогда не применять к тебе свои силы, но неужели это лучше, чем расстаться с жизнью?
— Дело не в этом. Твои силы, твой дар слишком опасен. Как я могу доверять самой себе, когда ты рядом?
— Ты только что заживо сожгла человека и обвиняешь меня в том, что мой дар слишком опасен? — лишь заметив, как я отшатнулась, парень остановился. — Почему ты это сделала? Почему убила ее ради меня?
— Уходи.
— Ответь мне.
— Что ты хочешь услышать?
— Правду. Скажи это.
Я грустно рассмеялась, утирая злые слезы. Что я могла ему сказать? «Северин, я влюбилась в тебя. Влюбилась, как маленькая, глупая девчонка. Меня всю жизнь готовили к тому, что я не выйду замуж, и даже если выйду, это будет брак по расчету. И все-таки меня угораздило влюбиться в самого неподходящего человека на свете. И плевать мне на твой дар и секреты».
Я не знала, когда именно ко мне пришло осознание, но все же продолжала бороться со своими чувствами. Но сегодня, на Арене, в тот момент, когда Селия начала угрожать Северину, я поняла, что буду защищать его несмотря ни на что.
— Ты останешься со мной сегодня? — прошептала я, вместо ответа. Я победила во Втором Испытании. Теперь Железная Корона могла выбрать меня, но сегодня я не хотела оставаться одна.
Медленно, словно я была испуганным зверьком, Северин подошел ближе. Он обнял меня, уткнувшись носом мне в волосы, пока его ладони успокаивающе гладили мне спину. Я глубоко вдохнула такой знакомый запах хвои, а под собственными пальцами ощутила мерное биение его сердца. Мне хотелось остановить время, чтобы это мгновение никогда не кончалось. Хотелось заставить часы бежать быстрее, чтобы Восхождение поскорее закончилось, и я была свободна делать, что пожелаю. Пускай Кристофер, или кто бы ни выиграл Третье Испытание, забирают проклятую Корону.
— Я буду рядом. — Теплое дыхание юноши приятно щекотало кожу. — Я всегда буду рядом, когда тебе это нужно.
Он пальцем подцепил мой подбородок и аккуратно потянул вверх, заставляя меня посмотреть ему в глаза.
— Мне очень жаль, что тебе пришлось пройти через это из-за меня.
Я промолчала и снова уткнулась лицом ему в грудь. Слезы продолжали катиться по моему лицу, но я больше не чувствовала себя бесконечно одинокой. Даже страх перед опасным даром Северина растворился, словно Тень под лучами утреннего солнца.
— Тебе нужно поспать, — мягко заметил он.
Северин помог мне забраться в кровать и заботливо укрыл одеялом. На секунду я испугалась, что он просто уйдет, но парень лег рядом и крепко обнял.
— Отдыхай. Я не оставлю тебя.
Меня разбудил холод. От морозного сквозняка кожа покрылась мурашками. Внезапно я поняла, что лежу на ледяном каменном полу, а не в теплой мягкой кровати.
Я распахнула глаза, но помещение, в котором я оказалась, было настолько темным, что я не могла ничего разглядеть. Абсолютная темнота давила со всех сторон, и страх холодным туманом наполнял сознание.
Все тело затекло и отчаянно болело от долгого лежания на жестком полу, мышцы казались деревянными, но я все же смогла приподняться на руках.
— Северин! — я позвала тихо, но, не получив ответа, крикнула еще раз. — Северин!
Мой голос был хриплым, в горле неприятно першило от сильной жажды. Я зашлась в приступе сухого кашля. Обхватив себя руками, я попыталась растереть ледяную кожу сквозь тонкую рубашку.
Нужно добыть огонь и осветить помещение, согреться. Я ощупала запястья, но браслетов не обнаружила. Конечно, ведь я сняла их вместе со всеми доспехами.
Я тихо выругалась и, вот удивительно, от этого стало легче.
Что же, если сильно постараться, то огонь можно добыть и другими способами.
Я уселась на колени, приложила руки к полу как можно дальше от себя и закрыла глаза. Сосредоточившись, я попыталась разогреть камень, но ничего не вышло. Я попробовала разогнать воздух порывом ветра, но и тут меня постигла неудача.
У меня было лишь одно объяснение: я оказалась в месте, где нельзя использовать магию. Должно быть, стены комнаты выложены черным камнем.
Я подтянула колени к груди, обхватила их руками и закрыла глаза. Меня трясло. Холод комнаты никак не мог сравниться со льдом в моем животе.
Что случилось? Почему я здесь? Неужели это Северин? Он предал меня? Усыпил мою бдительность и запер в клетку? Или они с матерью решили, что слишком опасно оставлять меня в живых, ведь я знаю их тайны?
Я сжала руку в кулак и со всей силы ударила о каменный пол. Я не видела, но почувствовала, как порвалась нежная кожа на костяшках, и кровь теплыми струйками заструилась по пальцам.
Ну когда я наконец пойму, что никому нельзя доверять?