Я тоже не понимала. Вермины — чудовища, когда-то бывшее людьми. В основном Тени разрывали своих жертв, уродовали их почти до неузнаваемости, но тех несчастных, которые выживали, но не могли получить помощь, ожидала худшая участь. Тени занимали их тела, превращая в верминов. Часто Тени захватывали людей слабых, умирающих, больных, но Северин был прав. Кирнон совершенно точно был молод и полон сил.
— Надо его обыскать.
Северин кивнул и склонился над телом. Он быстро проверил все карманы, подкладку плаща, даже подошвы ботинок, но не нашел ничего, кроме нескольких монет да пары ножей.
— Может, нужно забрать его останки с собой, чтобы изучить?
— И как ты собираешься тащить его через весь город? К тому же ни одна лошадь не возьмет это к себе на спину, — заметила я. — Оставь его. Здесь все равно никто не ходит. Расскажем Королеве, где его найти, и она отправит сюда отряд с телегой.
— Согласен.
Шум с трибун сводил с ума. Кажется, зрители совсем потеряли разум, а теперь хотели забрать мой. Живот крутило не то от голода, не то от нервов. Как бы Лиз ни убеждала меня поесть перед началом Испытания, я так и не смогла проглотить ни кусочка.
Все шестеро Претендентов вышедших в полуфинал сидели сейчас в небольшом помещении под трибунами, но даже здесь до нас доносились крики обезумевшей от жажды крови толпы. Остальные Претенденты будут наблюдать за поединками из ложи, вместе с Королевой и ее гостями.
Я мигом вскочила с места, когда глашатай наконец объявил начало поединков. Претенденты один за другим вышли на Арену и заняли свои места под стенами трибун. Я невольно попыталась найти взглядом темную макушку Северина, но в ложе было слишком людно, так что я оставила пустую затею. Мне было достаточно надеяться, что он сейчас смотрит на меня.
Я тут же одернула себя. «Мне не должно быть никакого дела, смотрит он на меня или нет. Он просто союзник, которому я доверяю, и никто больше».
Силой удерживая в голове эту мысль, я уставилась на небо, окрашенное в цвета заката. В отличие от предыдущих раундов финал пройдет прямо перед наступлением ночи.
Глашатай объявил пары для первого круга поединков. Селия будет сражаться с Ларин, Мирабель с Далмаром, а мне достался Глэн. Победители сойдутся в финале по окончании всех трех поединков.
Я крепко сжала челюсти. Конечно, я не хотела в этом никому признаваться, но в душе желала, чтобы моей противницей стала Мирабель. Так я бы смогла отомстить ей за смерть подруги и успокоить свою душу.
Быть может, мне еще достанется такой шанс, если она одержит победу над Далмаром. Тогда мне не придется сражаться с другом.
Ну что же, я и представить не могла, что буду молиться о победе церковного кандидата.
Народ на трибунах ликовал, когда три пары Претендентов разом вышли на пески Арены. Сегодня вместо одного большого круга для нас организовали три поменьше. Все поединки пройдут одновременно.
Я встала напротив Глэна. Парень стоял ровно, его взгляд устремлен прямо на меня, но я видела, что он был напуган. Его губы двигались, но я не слышала, что именно он говорит. Хотя не сложно догадаться, что он молился Троице.
В этот раз я решила не игнорировать стойку с оружием, но вместо меча взяла короткий кинжал вроде тех, что одалживал мне Северин. Глэн держал в руках длинный шест, каким обычно учат владеть монахов.
Прозвенел колокол, давая разрешение начинать.
Глэн сделал шаг в сторону, я повторила его движение. Парень неуверенно поднял руку, призывая к себе воду и формируя огромный шар, в который я могла поместиться полностью.
Очевидно, в этом и состоял план.
Огромная масса воды ринулась в мою сторону, намереваясь поглотить меня. Я вытянула руку и шар замер, заледенел, а затем разлетелся на тысячи крохотных острых осколков. Глэн был сильным, умелым магом, но моя воля оказалась сильней.
Страх на лице Глэна сменился ужасом. По его лицу стекала тонкая струйка крови. Видимо, один из ледяных осколков все-таки задел его, хотя я старалась, чтобы они никому не причинили вреда.
Он отступил на шаг назад, ближе к границе круга, и снова вскинул руку. В этот раз он поднял с земли песок и с помощью сильного порыва ветра направил его прямо на меня. Я опять легко отразила атаку.
Глэн снова хотел атаковать, но я оказалась быстрей. С моих браслетов брызнули искры, взревело пламя и две полосы огня рванулись в сторону Претендента, словно огромные змеи.
Именно в этот момент парень не выдержал. Он отбросил свой бесполезный шест, упал на колени и поднял руки, сдаваясь.
Повинуясь мне, огонь замер и мгновенно потух, оставляя после себя лишь черный песок.
— Ты сдаешься? — я подошла ближе.
— Да, да, да, сдаюсь, — парень уткнулся лицом в землю.
Зрители разразились свистом и воем. Они явно не одобряли поведения труса, но уже в следующую минуту их внимание переключилось на то, что происходило на соседних площадках. Я тоже повернулась, чтобы понаблюдать за окончанием битвы своих соперников.