Эссекс притянул мальчика к себе и крепко обнял.
И тут мы услышали плеск воды.
– Ждите здесь, – велела я спутникам, а сама, выбравшись из кустов, спустилась по вязкой жиже к самой воде, остановилась в пятне лунного света и принялась махать белым платком, в точности выполняя инструкции, переданные через Эбби. Капитан судна замедлил ход и бросил якорь.
– Меня прислал друг вашего друга, – сказала я.
– Пассажирам лучше поторопиться. Деньги при вас?
Я махнула остальным. Они вышли из укрытия и спустились на берег, Эссекс держал за руку Монро, за ними ковыляла Эбби, Томми замыкал процессию.
Я отдала капитану кошелек с оставшейся частью суммы, которую собирала годами.
– У нас тут четверо.
– Мы договаривались о троих.
Я сняла с шеи жемчужное ожерелье и протянула ему.
– Пожалуйста!
Капитан посмотрел на четверку, топтавшуюся у меня за спиной, и сделал широкий жест, приглашая их подняться на борт. Эбби двинулась первой. Высокий чернокожий мужчина протянул ей руку и помог забраться по трапу. Оказавшись на палубе, экономка ахнула и бросилась к нему в объятия. Я присмотрелась. Бэзил! Он вернулся за ней! Бэзил улыбнулся и помахал мне.
Я обняла Монро.
– Иди, детка.
– Мама, а разве ты не с нами?
– Мне нужно остаться. А ты, сынок, иди со своим отцом и к той жизни, о которой я всегда говорила тебе, – жизни свободного человека. Придет время, и я найду вас.
Глаза Монро наполнились слезами. Мальчик обнял меня за талию и уткнулся носом в живот. Я поцеловала сына в макушку и кивнула Томми, чтобы тот увел Монро. Бэзил уже манил их обоих с борта судна.
– Я не уеду без тебя, Фиби, – заявил Эссекс и расправил плечи. Я узнала это движение: мой возлюбленный всегда так делал, когда упрямился и хотел настоять на своем.
– Ты должен. Иди!
– Нет, я не могу. Только не теперь!
– Нам пора! – нетерпеливо позвал капитан. – Где их бумаги?
Я показала капитану пропуска, которые сама выписала, – по ним беглецы смогут беспрепятственно добраться до Балтимора, – и передала бумаги Эссексу. Он спрятал документы за пазуху. Затем сняла с шеи самодельное ожерелье с выточенной из дерева половинкой сердечка, которое возлюбленный когда-то подарил мне, и повязала ему на шею.
– Позаботься о нашем сыне. А я не могу бросить дочерей.
Эссекс грустно качнул головой. Я поцеловала его.
– Кто-то должен остаться в качестве агнца на заклание, – сказала я.
– Нам пора! – крикнул капитан.
– Пожалуйста, иди. Не упусти свой второй шанс. Я запомнила адрес в Бостоне и сумею отыскать вас через твоего друга.
Я не стала ждать, пока Эссекс поднимется на борт, развернулась и зашагала по тропинке прочь от берега. Кровь пульсировала у меня в висках при мысли о том, что я в шаге от свободы, но она вновь ускользает от меня. И все же я знала, что сделала правильный выбор: ради нашего сына, ради моих дочерей. Тот выбор, который сделала бы ради меня мама. Я возвращалась в тюрьму Лапье. На мосту показалась очередная группа закованных в кандалы невольников; их гнали той же дорогой, которой шла я. И так будет продолжаться до тех пор, пока не наберется достаточное количество храбрых сердец, которым хватит смелости изменить мир.
Пока есть жизнь, есть надежда.
