1891 год. На границе Китая и Российской империи золотодобытчики основывают вольное поселение старателей – Желтугинскую республику. Там перехлестнутся пути трёх друзей, приехавших за лёгкими деньгами, банды жестоких убийц и охотника за чужим золотом, живущим по собственному кодексу…Содержит нецензурную брань.
ГРАНИЦА КИТАЯ И РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ. 1891 ГОД.
ЭКСТЕРЬЕР. ТАЙГА.
Трое вооружённых мужчин с заплечными мешками идут по тропе.
1-ЫЙ
Про Петро слыхали?
2-ОЙ
Про какого? Их тут до чёрта
1-ЫЙ
С Киева который. У него еще на левой руке двух пальцев нет
2-ОЙ:
А, этот… И что с ним?
1-ЫЙ:
Домой собрался на прошлой неделе. И пошёл, дурак, до станицы один
3-ИЙ:
И?
1-ЫЙ:
И… Наткнулись на него через два дня. Застрелили. Лежит на тропинке, а вместо затылка – каша. Золото, деньги – всё под чистую обобрали.
2-ОЙ:
Местные промышляют. Эти, как их – нивхи.
ПРИМ. НИВХИ – КОРЕННОЙ НАРОД ПРИАМУРЬЯ.
1-ЫЙ:
Да наши тоже не брезгуют – самому зачем кайлом махать – подобрал золотишко с трупа, как хорошо
(сплевывает)
3-ИЙ:
(робко)
А я слышал, что нивхи сначала выслеживают человека, смотрят, с золотом идёт или пустой. Если пустой – то пропускают свободно.
2-ОЙ:
А если с золотом?
3-ИЙ:
А если с золотом, то обгоняют его и на тропе впереди кладут платок. Если положишь на платок самородок – пройдёшь, никто и пальцем не тронет. Не положишь – найдут потом… Как Петро.
1-ЫЙ:
(сплёвывает)
Сказки это всё. И платки, и нивхи твои.
3-ИЙ:
А ещё я слышал…
1-ЫЙ:
(резко)
Стой!
Все трое останавливаются. На тропинке перед ними лежит шерстяной платок.
2-ОЙ:
(1-ому)
А ты говорил "Сказки"!
Мужчины поспешно снимают с плеч ружья. Они оглядываются по сторонам, пытаясь разглядеть засаду.
3-ИЙ:
(начинает развязывать мешочек с самородками)
Надо заплатить!
1-ЫЙ:
(разъярённо)
Да на кой?! Три мужика, все с оружием! Отобьёмся! Да?
(смотрит на 2-ого)
2-ой кивает.
1-ЫЙ:
(решительно)
Пошли! Осталось вёрст пять, не больше.
Он перешагивает через платок и идёт по тропе. Оглушительно звучит выстрел. 1-ый с простреленной головой валится на землю. 2-ой с отчаянным криком стреляет наугад во все стороны, потом бросается бежать. Выстрел. Пуля ударяет 2-ого в спину и швыряет его лицом на тропу. 3-ый отшвыривает ружьё в сторону.
3-ИЙ:
Не надо! Не стреляй! Я заплачу!
Он развязывает дрожащими руками мешочек на поясе и достаёт крупный золотой самородок. Секунду помедлив, кладёт его на платок. Тишина. 3-ий стоит и ждёт. Ничего не происходит.
3-ИЙ:
Я могу идти? Я же заплатил!
Тишина. 3-ий осторожно, без резких движений поднимает с земли своё ружьё и одевает его на плечо. Он проходит мимо тела 1-ого и его взгляд останавливается на мешочке с золотом на поясе трупа. Выстрел, пуля выбивает фонтанчик земли у него под ногами. 3-ий убегает, ни разу не оглянувшись.
Из подлеска выходит Чевгун. Он подходит к телу 1-ого, срезает с пояса мешочек с самородками. Обыскивает его, находит запазухой деньги. Тоже самое он делает и со вторым телом. У 2-ого широко раскрытые остекленевшие глаза. Чевгун смотрит на тело, потом наклоняется и опускает ему веки. Подобрав с земли платок с лежащим на нём самородком, Чевгун уходит в лес.
ЭКСТЕРЬЕР. ВЕЧЕР. ЗАВОД, ДВЕРИ ЦЕХА, ВИД С УЛИЦЫ.
Двери цеха растворяются, на улицу выходит толпа рабочих. Среди них идут АЛЕКСЕЙ и СЕРГЕЙ, молодые парни 20-22 лет.
АЛЕКСЕЙ:
(продолжая разговор)
А потом по своим сверили – так и есть, он, гадина, часы в цеху подкручивает и, получается, мы в неделю два часа бесплатно работаем.
СЕРГЕЙ:
Ну? Сказали ему?
АЛЕКСЕЙ:
Скажешь тут… Один разговор – не нравится – пошёл вон.
СЕРГЕЙ:
Всем вместе надо.
АЛЕКСЕЙ:
(машет рукой)
Соберёшь ты всех, как же. Сразу в политики запишут и отправят куда следует. И вообще, давай про это не будем.
СЕРГЕЙ:
Ну, не будем, так не будем. Ты мне лучше вот что скажи – Маруся тебе как?
АЛЕКСЕЙ:
(краснея)
Что значит "как"?
СЕРГЕЙ:
Нравится или нет?
АЛЕКСЕЙ:
А тебе зачем?
СЕРГЕЙ:
Да она сама спрашивала.
АЛЕКСЕЙ:
(останавливаясь)
Когда это она тебя спрашивала?
СЕРГЕЙ:
Мы с Ольгой гулять пошли, и она с нами увязалась. Я ещё подумал – какого ей лешего надо? Нам бы вдвоём побыть, сам понимаешь, а тут эта Маруся пристала как банный лист. И всё про тебя расспрашивает.
АЛЕКСЕЙ:
И что расспрашивала?
СЕРГЕЙ:
Как, говорит, товарищ твой поживает, симпатичный такой? Да нет, говорю, у меня симпатичных товарищей, все так себе.
Оба смеются.
АЛЕКСЕЙ:
Ну, хорош, рассказывай уже.
СЕРГЕЙ:
Да что рассказывать? Нравишься ты ей, в общем. В воскресенье праздник, пойдём с нами в город, на гулянья. Ольга Марусю позовёт. А там уж сами разберётесь. Ну, пойдёшь?
АЛЕКСЕЙ:
Не знаю.
СЕРГЕЙ:
Трусишь, что ли?
АЛЕКСЕЙ:
Ничего я не трушу.
СЕРГЕЙ:
Так, значит, пойдём?
АЛЕКСЕЙ:
Пойдём, пойдём, только отстань.
СЕРГЕЙ:
(хлопая его по плечу)
Вот это по-нашему!
Они проходят мимо пивной.
СЕРГЕЙ:
(останавливаясь)
Лёшка, зайдём по пиву?
АЛЕКСЕЙ:
По пиву? А что, можно.
Друзья заходят в пивную.
ИНТЕРЬЕР. ПИВНАЯ. ТУСКЛОЕ ОСВЕЩЕНИЕ, НЕБОЛЬШИЕ КРУГЛЫЕ СТОЛИКИ. ЗА СТОЙКОЙ ХОЗЯИН ПИВНОЙ. НАШИ ДРУЗЬЯ ЗА СТОЛИКОМ, ПЕРЕД НИМИ ДВЕ КРУЖКИ С ПИВОМ. НЕСКОЛЬКО ПУСТЫХ КРУЖЕК СТОЯТ НА КРАЮ СТОЛА.
СЕРГЕЙ:
Твоё здоровье!
(чокается с Алексеем)
АЛЕКСЕЙ:
И твоё!
Друзья пьют из кружек.
СЕРГЕЙ:
В деревню давно писал? Как там у твоих дела?
АЛЕКСЕЙ:
Писал полгода назад. Никто не отвечает. Да ты же знаешь – у меня только брат остался, а мы с ним никогда не ладили.
СЕРГЕЙ:
Всё равно, родная кровь. Это дорогого стоит.
АЛЕКСЕЙ:
