Антон сидит на плоском камне в стороне. На руках и ногах драгоценными ожерельями сверкают никелированные кандалы, вплотную стоит охранник, кобура расстегнута, пальцы сжимают рукоять пистолета. Рядом сидит, поджав ноги, марроканец. Автомат за спиной, круглые, как маслины, глаза немигающе следят за каждым движением пленника. Убить Антона марроканцу по имени Ахмет не позволили, но зато разрешили сторожить. Неподалеку расположился в складном кресле Трухин, рядышком сидит на низкой лавке Валентина. Лицо покрывает бледность, хорошо видны круги под глазами. Девушка неподвижным взглядом смотрит в темноту и только постоянные движения пальцами, словно перетирает что-то, выдают волнение. Федор хмур, недоволен, но все же чувствует себя уверенно. Сразу после разговора с Антоном он позвонил кому-то, потом переговорил с марроканцами. Они было недовольно загалдели, но как только в ладонях белого появились зеленые бумажки, сразу стихли и повеселели. Только Ахмет недовольно бурчал какое-то время, но потом и он успокоился. Ему тоже досталось немало зеленых бумажек и он решил, что с казнью бритоголового, который убил брата и едва не пришиб его самого прошлый раз, можно подождать.
Удивительно, какой силой в нашем мире обладают большие деньги. Уже через считанные часы в небе раздался нарастающий рокот моторов и вскоре появились вертолеты. Вначале приземлились две машины. Распахнулись люки и на песок начали выпрыгивать рослые люди в черной униформе, с оружием. Грудь каждого защищает бронежилет, кевларовые шлемы с прозрачными забралами из бронестекла укрывают головы и лица. Наемные солдаты разбежались в круг, вертолеты тотчас поднялись в небо. Только тогда приземлился третий, самый большой и красивый. Громадная машина белого цвета с яркой зеленой полосой вдоль корпуса мягко садится колесами на грунт. Распахивается дверь, автоматический трап свешивается с борта железным языком. По сверкающим никелем и серебром ступеням сначала спускается пара быкообразных бодигардов в традиционных черных очках. Буйволы в двубортных костюмах картинно сканируют местность на предмет … ну, наверно ищут особо опасных тушканчиков с ядовитыми зубами. Или бешеных верблюдов, они могут заплевать до смерти или так испортить воздух кишечными газами, что враз окочурится любимый хозяин. На этот раз обошлось и на сверкающие ступени царственно опустил стопы невысокий пожилой человек в шортах и рубашке с короткими рукавами цвета хаки, в пробковом шлеме. Антон понял, что это и есть тот самый неведомый ему миллиардер коллекционер, на которого работает Федор. На вопрос Антона – кто это? – получил краткий ответ: Исмаил Тагиров. Антон вначале пожал плечами, это имя ему ничего не говорило, но потом вспомнил, что Тагиров владелец по меньшей мере двух столичных рынков, миллиардер и близкий – еще бы! – друг градоначальника. Этот уголовник убийствами и шантажом сколотил состояние в начале девяностых, приумножил его, да так, что скупил на корню милицию и таможню, что не удивительно. И даже, по слухам, прибрал к рукам городской отдел ФСБ и обзавелся покровителями в Администрации президента.
Не человек, а непотопляемый авианосец какой-то!
- А где Сан Саныч? – поинтересовался Антон.
- Ушел на пенсию, - кратко ответил Федор.
Это означало, что Науменко отправлен в отставку. Или убит. Честно говоря, Антон ожидал, что сразу после рассказа о находках его если не пристрелит Федор, то отправит на тот свет Ахмет. На смуглой африканской роже было крупными буквами написано желание убить беложопого как можно скорее. Телефонный разговор с таинственным боссом – Исмаилом Тагировым – кардинально изменил планы. Марроканцам заплатили еще и посоветовали убраться прочь с места раскопок. Исключение сделали только для Ахмета – лучшего сторожа для Антона не сыскать. Лыткарина Исмаил приказал пока не трогать – все-таки Антон здорово помог розыскам пещеры гарамантов и даже в одиночку сумел отбиться от банды наркоторговцев. А может быть Тагиров, человек умный и немало повидавший на свете, просто решил не спешить с ликвидацией. Толкового парня можно использовать иначе, чем в роли корма для червей. Так это или нет, но живой и здоровый Антон Лыткарин, обвешанный цепями с головы до ног, сидит на каменном полу и безучастно наблюдает за тем, как расчищают проход в подземелье. Осталось совсем немного – укрепить потолок, сделать проход шире и тогда можно будет проникнуть в зал с колоннами.
Раздается дробный топот. Лошадиным скоком приближается прораб Василич.
- Сделали все, как вы велели, господин Тагиров, - радостно сообщает запыхавшийся Василич.
Важно, словно породистый верблюд, Исмаил поднимается с кресла, делает несколько неторопливых шагов вперед. Затем останавливается. Взгляд скользит по шеренге телохранителей, на мгновение задерживается на Трухине, бежит мимо девушки, останавливается на Антоне.
- Значит, расчистили проход … - задумчиво произносит Тагиров.
