— Это плевое дело, — говорит Ехидная Девица. — Могу предложить следующую классификацию вполне в духе диалектического материализма и подтверждающих его достижений современной науки. Отдыхающие данного заезда делятся на такие группы: 1) те, о ком думают, что они — стукачи, но они таковыми не являются; 2) те, о ком не думают, что они стукачи, но они таковыми являются; 3) те, которые являются или не являются стукачами независимо от того, что о них думают и думают ли о них вообще; 4) те, которые и вообще. Что скажет по этому поводу современная логика?
— Современная логика, — говорит МНС, — настолько далеко ушла вперед, что уже не способна справиться с такими примитивными задачками. Между прочим, идея Старика верна. Возьмите теперь все наше общество в духе его идеи. Каждое отдельное событие и каждый отдельный поступок людей вполне объяснимы с причинной точки зрения. А возьмите всю совокупность события и поведения людей и попробуйте к ней подойти с той же точки зрения. Ничего не выйдет.
— А как же быть в таких случаях? — спрашивает Дамочка.
— Очень просто, — говорит Универсал. — Пока еще не закрыли магазин, скинуться по трояку... Ну, хотя бы по рублю... Женщинам скидка на пятьдесят процентов...
Но, начав пить, уже не могли остановиться. Инженер впал сначала в слезливое, а затем — в обличающее состояние. Привел я свою дочку в школу записывать, говорил он. А школа особая, хотя и в нашем районе: в нее не всех принимают. Устроили своеобразный вступительный экзамен. И потребовали, чтобы моя семилетняя Танюшка прочитала им стихотворение о Ленине. А она сказала, что стихов о Ленине не учила, а вот про Винни-Пуха — пожалуйста. Бог мой, что творилось после этого с почтенными педагогами! Как! — орали они с пеной у рта. Про Ленина не знает, а про какого-то Винни-Пуха знает!! В эту школу Таньку мою, конечно, не взяли. А мне на работу написали, сволочи, что я неверно ребенка воспитываю. В это время как раз началась кампания насчет воспитания детей в духе. На работе специальное партсобрание по моему поводу провели. На вид поставили. А я после этого сам всю детскую литературу про Ленина назубок выучил, а Таньке даже основные положения «Материализма и эмпириокритицизма» растолковал. Хотите, что-нибудь наизусть почитаю? Нет! — закричали все. Читай лучше про Винни-Пуха! Про Винни-Пуха мы все позабыли, сказал Инженер. Чудеса, сказал Старик, вы вот про какого-то Винни-Пуха разговариваете. А в мое время за это знаете что было? Прогресс все-таки очевиден.
Потом гуляли по поселку и веселились от души. Сначала хотели засунуть в форточку к Членкорице дохлую кошку, валявшуюся неподалеку от столовой. Но она разложилась настолько, что ее нельзя было в целости поднять с земли. Потом, оказавшись около дачи Петина, дразнили его собаку. Собака оказалась на редкость флегматичной. На самые изощренные дразнильные действия Универсала она лишь сверкнула зубами. Ну, погоди, сказал Универсал, отчаявшись вывести пса из равновесия, я тебе черепушку все равно прошибу при случае.
МНС сильно развезло. Дамочка и Новый Друг приволокли его в палату, раздели и уложили спать. Засыпая, он лепетал, что он, к сожалению, не Ленин, а всего лишь Винни-Пух. Кто такой этот Винни-Пух? — спросил Друг. Неужели вы не знаете?! — изумилась Дамочка. Вы же интеллигентный человек! Черт с ним, с этим Винни-Пухом, сказал Друг и предпринял попытку завалить Дамочку на свою кровать. Та сначала сопротивлялась, бормотала что-то насчет чести, достоинства, верности, порядочности и прочих моральных ценностей. В заключение она сказала, что и он (это — о МНС) далеко не ангел, и капитулировала.
Вчера меня порядком развезло.
Но может быть, я не подвергнусь втыку —
На сей раз, слава Богу, повезло:
Меня приняли за другого забулдыгу.
Пить больше не хочу. И не хочу болтать.
И не хочу сверять нелепые цитаты.
Мою изорванную душу залатать
Смогла б теперь, пожалуй, лишь одна ты.
День выдался солнечный. Отдыхающие преобразились. Мужчины тщательно выбрились, наодеколонились, надели праздничные одежды. Женщины... Ну, об этом и говорить нечего. Тут и без слов все ясно. Даже Членкорица затянула свою расплывшуюся тушу в трикотажный брючный костюм, и это не настраивало окружающих на юмористический лад.
Беззубая Докторица сказала вполне искренне, что Членкорице этот костюм очень к лицу (хотя потом, рассказывая своим знакомым про этот случай, она хихикала от удовольствия — вот, мол, уела эту жирную дуру!). Универсал, еще не отошедший от вчерашнего перепоя, расточал комплименты и целовал ручки всем дамам подряд. Членкорице он сказал, что ее в таком виде опасно выпускать на улицу без охраны, и с ней от такого тонкого комплимента чуть не случился удар. Собаки улыбались, высунув языки. Беременные кошки, игнорируя собак, разлеглись на солнцепеке в самых непотребных позах.
— Эх, братцы! День-то какой!! — воскликнул Инженер. — А что, если сообразить что-нибудь этакое на природе?!
