Из разговора выяснилось, что родители Геннадия пенсионеры. Дядя Егор всё лето собирал в тайге кедровые орехи и сдавал их в кооператив по низким расценкам. Здесь большинство людей занимаются таким промыслом. Но много заработать таким способом не удаётся. Миша вспомнил, что привёз родственникам деньги и достал их из дипломата. Кроме денег в дипломате лежала бутылка коньяка, колбаса и две банки рыбных консервов. Всё это он выложил на стол. Родственники смотрели на подарки с открытыми ртами и некоторое время не знали, что сказать.
– Сколько денег ты привёз? – взяла в руки пачку денег, из пятисотых купюр, тётя Аня и стала пересчитывать. А Егор Иванович стал читать сквозь очки надпись на бутылке с коньяком.
– Хороший коньяк, четыре звёздочки, – сказал он и открыл бутылку. – Давайте выпьем за знакомство с нашим дорогим гостем!
Все выпили понемножку, кроме маленькой Гали и начали кушать суп. Комната, где все сидели за круглым столом, была проходная. Слева у дверей стояла не большая русская печка с шестком и ухватом возле неё, а впереди, за открытой дверью, была другая комната побольше. После обеда, дядя Егор провёл для племянника экскурсию по дому, показал двор, пристроенный к дому и корову, жующую сено в стойле. После экскурсии вновь сели за стол уже в большой комнате, ещё выпили и знакомство продолжалось. Егор Иванович рассказал племяннику, что его брат Коля работал директором строительной организации в Елинске. В 1989 году, с семьёй ему удалось уехать в Ленинград. Оттуда он прислал письмо, что будет там жить и в Елинск не вернётся, где оставалась больная мать.
– Я на брата очень рассердился, – рассказывал дядя Егор, – и написал ему, чтобы больше никаких писем мне не присылал. И после этого наша связь оборвалась.
Михаил рассказал родственникам про то, как погибли в аварии его родители. Выпив бутылку коньяка, родственники решили выпить ещё и послали сноху Женю в магазин за коньяком. Когда она вышла из-за стола, Миша отметил, что у неё хорошая фигура, и она очень симпатичная. Сразу он не обратил на неё внимания. Вернувшись назад, она принесла сразу две бутылки, но они отличались по форме от той бутылки коньяка, которую привёз Миша. А, выпив по стопке, дядя Егор заметил: «Это обычная самогонка местного разлива. Жульничают собаки»!
Разговоры за столом продолжались, дядя Егор, тётя Аня и Женя сильно опьянели, а Миша сидел почти трезвый, потому что выпивал помаленьку, по глоточку.
Сидел Миша за столом возле окна, рядом сидел дядя Егор, а тётя Аня ушла разогревать картошку. Женя куда-то вышла и пока не возвращалась. Михаил наклонился, чтобы поправить съехавший с ноги носок, и в этот момент раздался не громкий хлопок. Волосы на голове обожгло. Одновременно посыпались стёкла из, стоявшего напротив серванта. Он поднял голову и увидел в стекле окна маленькую дырку, а вокруг неё трещины, словно лучи. Он вспомнил похожий эпизод из детективного фильма, и понял – это пуля пробила стекло окна и разбила стекло в серванте.
– Дядя Егор, кто-то в окно стрелял! – с удивлением произнёс он.
Егор Иванович схватил, висевшее на стене ружьё, и выскочил на улицу.
Всё произошло быстро, Михаил не успел даже испугаться. Он начал хмелеть, и это заглушало страх. Тётя Аня, осознав случившееся, предположила:
– Это, наверное, Петька Журавлёв стрелял. А тебя с нашим Генкой перепутал. От испуга она протрезвела, но всё равно её язык слегка заплетался.
Михаил посмотрел на маленькое отверстие в стекле и предположил:
– Похоже, что стреляли из пистолета.
– У нас в деревне все охотники, – сказала тётя Аня, – пистолетов ни у кого не должно быть. Тебе надо бы спрятаться.
Миша немного подумал и решил:
– Я, пожалуй, пойду на автобус, у меня есть билет в обратную сторону, на Елинск. Тётя Аня одобрила это решение и проводила парня до окраины деревни.
Выйдя на знакомую дорогу, Михаил шёл один, времени было не много, около пяти часов вечера. Он вспомнил, что оставил у Кротовых свой дипломат, но не стал возвращаться. Ничего ценного там не было, паспорт и немного денег у него имелись с собой в кармане. Погода налаживалась, началась оттепель. Когда он шёл сюда, то кое-где лежал снег, а сейчас он растаял.
Вдалеке показался силуэт человека, шедшего не спеша, в ту же сторону. Мужчина оглянулся и остановился, словно кого-то поджидал. Когда Михаил поравнялся с ним, он спросил: «Ты Миша Кротов»? И, услышав утвердительный ответ, выхватил пистолет с глушителем, и передёрнул затвор, чтобы стрелять. Кротов с детства занимался в спортивных секциях, особенно в последние студенческие годы. Он хорошо освоил восточное единоборство, и, не мешкая, выбил ногой пистолет у нападавшего человека. Затем ударил другой ногой его по голове, и мужчина упал без сознания.
Он лежал посреди дороги, раскинув руки. Это был слегка рыжеватый человек средних лет. Таких много в России. Миша обыскал его карманы, но ничего не нашёл, кроме нескольких тысячных купюр. Пистолет лежал в стороне, и Протов взял его себе, а лежавшего человека сфотографировал на свой смартфон.
«Это для полиции», – решил он.
