Аккуратно опустил девушку на пестрое стяжённое покрывало в стиле пэчворк (
Он закончил с ее ногами и отнес мочалку на место, тщательно прополоскав от пыли. Вернулся в комнату, пару минут постоял у кровати, всматриваясь в лицо Риты. И без того короткое платье задралось, оголив стройные ноги, и Василий, заметив лежащий на кресле свернутый клетчатый плед, взял его и накрыл лежащую без движения девушку. Затем снова покачал головой и, выключив везде свет, тихо вышел на лестничную площадку, не забыв захлопнуть дверь.
– Вот тебе и Рита-Маргарита! – задумчиво произнес он. Василию эта девушка нравилась еще с тех самых пор, когда они – подростки – учились в одной школе. Но за все годы он так и не решился открыть ей свое сердце, маскируя чувства за вечными шуточками и прибауточками, создавая в глазах подруг образ этакого рубахи-парня, вечного весельчака. Наверное, поэтому она и не догадывалась о том, что парень, которого считала соседом, давним приятелем, смотрит на неё совсем не по-дружески.
Рите было плохо. Очень плохо! Во рту образовалась настоящая пустыня Сахара, горло горело, словно она залпом хватанула очень горячего чая. А виски ломило, как будто невидимая, но очень сильная и жёсткая рука схватила ее голову и теперь безжалостно сжимала железными пальцами, грозя превратить мозги в студень.
Девушка с трудом открыла веки, под которыми, кажется, набралось по горсти песка, и испугалась, потому что ей вдруг показалось, что она внезапно ослепла – так темно было вокруг.
«Что со мной? – задалась вопросом Марго. И сразу вслед за тем. – Где это я?»
Но потом облегченно выдохнула – глаза немного привыкли к темноте, которая оказалась и не такой уж густой и беспросветной. Прямоугольник едва брезжившего света подсказал девушке, что там – окно. Причем, окно её собственной комнаты.
Маргарита лежала на своей кровати, укрытая пледом. Правда, во сне ей стало жарко, и она почти скинула плед с себя, так что большей своей частью он свешивался до самого пола. Рита протянула руку и на ощупь нашла кнопку на стоящей на прикроватной тумбочке настольной лампе. Неяркий теплый свет озарил комнату, и девушка попыталась осторожно приподняться, но тут же издала мучительный стон: виски буквально прострелило болью.
Она откинулась на подушку и замерла, пережидая приступ, однако организм настоятельно требовал внутрь хоть какой-нибудь жидкости, грозя гибелью от обезвоживания во цвете лет!
Рита медленно поднялась, посидела на кровати, с удивлением обнаружив, что спала она в «маленьком черном платье». Значит, из клуба все же вернулась домой, раз проснулась в собственной постели. Но вот как добралась до нее – хоть убей, вспомнить не могла. А потом все же встала и пошлепала босыми ногами по линолеуму прямиком на кухню к спасительному холодильнику, в котором всегда держала запас холодной питьевой воды в стеклянных бутылках.
Непонятно почему, но девушка предпочитала покупать воду именно в «стекле», решительно отметая пластиковую тару. Вот и сейчас она подошла к холодильнику, не включая свет, потому что в небольшой кухоньке ей прекрасно знаком был каждый квадратный сантиметр пространства, да и не в таких уж огромных хоромах Рита жила, чтобы заблудиться в них в темноте.
Внутреннее пространство холодильника услужливо подтолкнуло ей в руку бутылку негазированной воды, осветив лицо и фигуру девушки, и, не закрывая дверцу мерно загудевшего агрегата, Марго свинтила жестяную крышечку и с блаженным стоном припала прямо к горлышку. Выдув одним махом полбутылки, ногой прикрыла дверцу и повернулась к ней спиной, собираясь вернуться в постель и забрать на всякий случай воду с собой.
