Мармадук Блэкбэт обещал, что щедро вознаградит её, если она доставит ему амулет криптоживотного. Кроме того, ей был обещан процент от доходов, которые главарь «Раптора» рассчитывал получить, выставив дракона в зоопарке на потеху праздной публике.
«В последний раз люди верили в драконов в Средние века, — думала Корнелия Пим. — Если мне удастся поймать животное, хоть немногим похожее на дракона, поглазеть на него примчатся миллионы людей со всего света!»
— Ну что я тебе говорила?! — оказавшись спустя несколько часов на палубе «Альбатроса», воскликнула Вайолет. — Здесь побывал Дживс. Он оставил нам записку.
— Совсем необязательно так орать, — проворчал Вэлиант. — Я пока не оглох… А что он пишет?
Девочка озабоченно покосилась на брата. За всю долгую дорогу к лагуне между островами Маап и Румунг Вэлиант не проронил ни слова, а поднявшись на борт «Альбатроса», прошёл на нос судна, опёрся о фальшборт и застыл, вперив взгляд в еле различимую черту горизонта между небом и океаном.
— Послушай! Если ты расстроился из-за того, что Шейла ушла с Хоакином… — проговорила Вайолет и попробовала обнять младшего брата за плечи, но Вэлиант отскочил от неё, как поражённый электрическим током.
— При чём тут Шейла?! Вообще кто такая эта Шейла?! — воскликнул он, а потом пригорюнился и прошептал: — Я просто немного устал. Вот и всё.
Взяв лист бумаги, оставленный Дживсом, Вэлиант прочитал вслух:
— «Агенты „Раптора“ побывали на „Альбатросе“. Вам нужно как можно скорее покинуть это судно».
Некоторое время брат с сестрой молча переглядывались.
— Я так и знал, — удручённо произнёс Вэлиант. — На этот раз у нас с самого начала всё идёт наперекосяк… Думаю, — добавил мальчик, разглядывая роскошную растительность на берегах Румунга, — нам остаётся только спрятаться на Запретном острове, хотя у нас нет ни палатки, ни…
— Решим, где будем прятаться, когда поговорим с Шейлой и Хоакином, — перебила брата Вайолет. — Пошли на нижнюю палубу. У нас мало времени, а нужно сделать ещё одну очень важную вещь.
На камбузе Вайолет с Вэлиантом вновь обнаружили безукоризненно накрытый стол.
— Не понимаю Дживса, — заявил Вэлиант. — Он появляется здесь, когда нас нет, а когда нам больше всего требуется его помощь, его и след простыл!
— Всё это действительно очень странно, — согласилась Вайолет, разглядывая стол. Она сразу заметила, что на месте гибискуса в вазочке посреди стола сейчас стоит прекрасная орхидея в жёлтую крапинку.
Налив чая себе и брату, Вайолет достала из рюкзака циновку Мвануэле и развернула её.
— Что там написал нам Мвануэле? — наконец спросила она.
— «За Пятью пальцами Лебиранга, — процитировал Вэлиант, — смотрите своими глазами так, словно смотрите моими…» Знаешь, я, кажется, понял!!! Нам нужно смотреть на обратную сторону циновки так же, как на неё смотрел Мвануэле!
— Значит, нам надо смотреть на неё через лупу?
— Вот именно! — воскликнул мальчик, схватив одну из луп старого рыбака, поднёс её к глазу и наклонился над обратной стороной циновки. Увы, но увидел он при этом только какие-то размазанные, расплывчатые пятна. Потом Вэлиант попробовал рассматривать циновку через другие лупы из деревянного сундучка и через увеличительное стекло, но так ничего интересного и не увидел.
— Дай-ка я тоже попробую, — сказала Вайолет, но сколько девочка ни пыталась что-нибудь разглядеть, она увидела не больше своего брата. На оборотной стороне циновки Мвануэле явно не было ни нового сообщения, ни карты с логовищем Повелителя Огня.
— Что ты говоришь? — удивилась Шейла.
— Да. «Альбатрос» принадлежит Али Мануву, — кивнул Хоакин. — Но Мвануэле собирался его купить и даже дал Али в залог почти такую же жемчужину.
Девочка не сводила глаз с маленькой жемчужины в пальцах у Хоакина.
— Вернувшись, мой друг должен был привезти торговцу ещё горсть жемчуга, — продолжал юный островитянин. — А потом…
— А потом Мвануэле подарил бы «Альбатрос» тебе! — воскликнула Шейла. — Знаешь, он очень любил тебя и твоих родных!
Дома у Хоакина они с Шейлой уклончиво ответили на вопросы Митаги, которая не могла взять в толк, что вообще происходит и откуда у ребят разноцветный материал для платья Лаяны. Потом мальчик с девочкой вновь отправились в путь и шли теперь мимо селения Бечиял, где и остановились немного передохнуть.
— Али Манув предлагал маме «Альбатрос» в обмен на каменную монету, которая стоит у нас во дворе, — сказал Хоакин. — На «Альбатросе» я смог бы доплыть до самых рыбных мест нашего архипелага, и у моей семьи всегда были бы деньги.
— Но твоя мама отказалась меняться, — сокрушённо проговорила Шейла.
— Естественно. Ведь эта монета принадлежит нашей семье уже триста с лишним лет! А когда Мвануэле сказал, что сам купит «Альбатрос», Али сразу согласился.
— Я не понимаю только одного. Зачем богатому торговцу пожитки Мвануэле? — сказала девочка, задумалась и добавила: — Разве что с их помощью…
— …Он надеялся что-нибудь разузнать о том, где именно мой друг находил такой прекрасный жемчуг, — договорил за Шейлу Хоакин.
