– Правда ли, что они получили осадные пушки?
– Да, их поставят на батарею сегодня ночью.
– Проклятые собаки! – вскричал командир. – Они думают легко захватить нас, но посмотрим удастся ли им это. Нас в городе целая армия, и все решили скорее умереть, чем сдаться.
– Пропустите нас, – сказал Сандокан. – Мы торопимся принять участие в сражении. К тому же с дороги мы очень устали и голодны.
– Никто не может войти в город без разрешения нашего командующего. Я не сомневаюсь, что вы повстанцы, но не могу ослушаться полученных приказаний.
– А кто командует вами? – спросил Тремал Найк.
– Абу-Ассам, мусульманин, который примкнул к нам и уже подтвердил на деле свою верность и храбрость.
– Где он находится?
– На краю предместья.
– Он спит уже, наверное, – сказал Сандокан. – А мне бы не хотелось провести ночь у стен Дели.
– Я могу предложить вам кров и еду: следуйте за мной, – сказал командир.
Он сделал знак своим людям окружить маленький отряд и поехал неторопливой рысью.
– Вот этого я не предвидел, – пробормотал Тремал Найк, повернувшись к Сандокану, который тоже стал очень задумчивым. – Удастся ли нам выкрутиться?
– У меня сильное желание разрядить мой карабин в этих грабителей и пришпорить наших коней.
– И ты думаешь, что после этого нам удастся войти в священный город? Видишь вон там такие же отряды? При первых же выстрелах все они кинутся на нас. Да и с чего бы нам бояться допроса?
– Увы, сегодня, мой друг, они весьма недоверчивы. К тому же в предместье немало тугов, которые могут тебя узнать.
Бенгалец вздрогнул, почувствовав на спине озноб.
– В этом было бы мало хорошего, – ответил он. – Но, может быть, мы преувеличиваем наши опасения.
Было десять часов, когда они достигли полуразрушенной деревни, состоявшей из двух десятков развороченных хижин.
Многочисленные костры горели там и сям, отражаясь в дулах пистолетов и ружей. Люди бандитского типа, с огромными тюрбанами, вооруженные до зубов, сидели и расхаживали среди них.
– Здесь и живет ваш начальник? – спросил Сандокан у командира повстанцев.
– Да, – ответил тот.
Он расчистил дорогу для своего отряда и остановился перед маленькой хижиной с провалившейся крышей, которая была заполнена повстанцами, лежащими на кучах сухих листьев.
– Освободите место, – сказал он властным тоном, не допускающим возражений.
Когда солдаты вышли, он попросил Сандокана и его товарищей войти, извинившись за скромность помещения, но обещая прислать им сюда ужин.
Уходя, он оставил караул, после чего удалился пешком, гремя на ходу своей огромной саблей.
– Ну и дворец он нам предложил! – сказал Янес, который не потерял ни грана своего обычного хладнокровия.
– Шутишь, дорогой? – сказал Сандокан.
– Ничуть. Это прекрасный отель для военного времени. Здесь есть листья, которые заменят нам постели, и к тому же нам обещали еду. Я уже чувствую, что раньше завтрашнего утра нам в Дели не войти.
– Если мы вообще туда попадем, – сказал Сандокан, которого словно бы мучило какое-то предчувствие.
Янес собрался ответить, когда вошел солдат, одетый в свою старую форму сипаев, неся в одной руке факел, а в другой корзину с ужином.
Едва он вошел, как издал крик удивления и радости:
– Господин Тремал Найк!
– Бедар! – воскликнул бенгалец, приблизившись. – Что ты здесь делаешь? Ты, сипай, сражавшийся под командой капитана Макферсона – и вдруг здесь, среди мятежников!
Повстанец сделал неопределенный жест, потом сказал:
– Здесь нет хозяина, и потом я полностью порвал с англичанами. Мои товарищи дезертировали, и я последовал за ними. А вы, сударь, зачем вы пришли сюда? Хотите примкнуть к нашему делу?
– И да, и нет, – ответил бенгалец.
– Не слишком ясный ответ, сударь, – сказал тот, улыбаясь. – Но, как бы то ни было, я очень рад видеть вас, и буду рад вдвойне, если смогу быть чем-то полезным.
– Мы увидимся позднее, и тогда я объясню тебе, почему я оказался у стен священного города.
– Но учтите, здесь могут быть туги.
– Пока молчи. Что ты принес нам, Бедар?
– Ужин, сударь, хоть и довольно скромный, с припасами ведь у нас туговато. Немного жареной антилопы, лепешки и бутылка пальмового вина.
– Нам хватит, – отвечал Тремал Найк. – Выложи это и, если ты свободен, поужинай с нами.
– Не откажусь от такой чести.
Он открыл корзину и достал ужин, не слишком разнообразный, но его хватило на всех. Проголодавшиеся путники ели с аппетитом, прикладываясь по очереди к бутылке с вином.
– Позвольте представить вам доблестного сипая из отряда покойного капитана Макферсона, одного из тех, кто принимал участие в первой экспедиции против тугов Суйод-хана, – обращаясь ко всем, сказал Тремал Найк.
– Значит, ты присутствовал при кончине этого несчастного капитана? – спросил Сандокан.
– Да, сударь, – ответил сипай взволнованным голосом. – Он умер у меня на руках.
– Тогда ты знаешь в лицо Суйод-хана, – сказал Сандокан.
– Я видел его, как вижу вас сейчас. Когда он выстрелил в моего бедного капитана, он был в десяти шагах от меня.
– А как же ты сам избежал смерти? Мне рассказывали, что туги уничтожили всех, кто был там.
