Напуганная, Джоан обернулась и увидела возвышавшегося над ней Рашида. Он скрежетал зубами, отчего рубец на его лице казался шире, и свирепо смотрел на нее ненавидящим, жестоким взглядом.
Рядом с ним стоял Омар.
— Джоан, я привез вас сюда не за тем, чтобы вы рассказали об этом.
Рашид сорвал с ее шеи фотоаппарат и разбил о стену.
— Послушайте» я сейчас, же уеду и никому ничего не скажу. — Она знала, что на сей раз пощады ей не будет.
Злые глаза Омара были переполнены разочарованием. Она поняла, что если бы приняла его правила игры, то смогла бы выбраться отсюда и вернуться домой, в Нью-Йорк.
Вдруг выражение лица Омара изменилось, словно он впал в шоковое состояние. Он смотрел поверх нее через крошечное окно. Любопытство заставило Джоан заглянуть в камеру.
От удивления ее глаза стали, как плошки, — камера была пуста. Узник исчез. Сначала она решила, что это сумерки сыграли с ней шутку, но человека действительно нигде не было. Джоан задрожала, когда Омар встал перед ней, отпер замок и широко распахнул дверь. Оказавшись так близко от него, она почти физически ощущала его растущую ярость. От напускных манер не осталось и следа.
— Где Алмаз? — набросился он на Джоан.
— Алмаз? Я не…
Она была в замешательстве и напугана ненавидящим взглядом Омара. Не сказав больше ни слова, он замахнулся и ударил ее по лицу.
От удара голова Джоан запрокинулась назад. Ей было очень больно. Первой реакцией было желание ответить ему. Слезы жгли глаза и текли по щекам, но она не зарыдала в полный голос, а сжала кулаки, думая, как хорошо было бы стукнуть его. В конце концов она лишь зло посмотрела на Омара и прикусила губу, чтобы та не дрожала.
— Алмаз. Жемчужина Нила. Не выводи меня из терпения.
Джоан, не отрываясь, смотрела на Омара и отказывалась отвечать. Она не понимала, о чем он говорил, ее не волновало, что он думает, — она хотела успокоиться. Если бы рядом с ним не было телохранителя, Омар не чувствовал бы себя так уверенно.
Словно читая ее мысли. Омар отошел в сторону, оставив Джоан лицом к лицу с безобразно скалящимся Рашидом.
Джоан сжалась, приготовившись к ударам, которые неминуемо должны были посыпаться на нее. Рашид занес кулак: она закрыла глаза.
— Не тронь ее, Омар, — произнес чей-то голос с британским акцентом.
Джоан открыла глаза, поворачиваясь к узнику, который вышел из-за двери. Он улыбался Джоан, но его глаза смотрели вызывающе дерзко. Когда он говорил, его речь звучала властно и повелительно. Джоан, сама не зная почему, побаивалась его. Она перевела взгляд на Омара, который пытался побороть ярость и.., страх?
Джоан с любопытством посмотрела на пожилого человека.
— У вас есть алмаз?
Омар зашелся нервным смехом.
— Мисс Уайлдер, это и есть Алмаз.
Человек галантно поклонился Джоан, приложив руки ко лбу. Этот ритуальный поклон она видела много раз за короткое время пребывания здесь. С каждой минутой она все больше запутывалась. Человек был камнем или камень был человеком? Но кем бы он ни был — человеком или камнем, — он не мог исчезать и вновь появляться по своему усмотрению. Джоан растерянно покачала головой. Должно быть, она грезит. Она уставилась на Рашида, который выхватил и поднес к ее лицу нож.
Омар садистски улыбался.
— Разве я похож на дурака?
Джоан замерла: ее окружали маньяки и волшебники.
— Пожалуйста, — она умоляюще посмотрела на Омара, потом на нож. — Вы все неправильно поняли, но я уверена, что вам нужна помощь специалиста. Я знаю в Нью-Йорке отличных терапевтов…
Джоан еще не представляла, как ей удастся выпутаться из этой ситуации, но в одном была уверена — пока она говорит и слышит собственный голос, она жива.
— Жаль, — прорычал Омар, — а я с таким нетерпением ожидал нашей совместной работы.
— Не делайте этого. Мои книги разошлись пятимиллионным тиражом. Если вы убьете меня, вас разыщут. Будет скандал.
— Кто будет разыскивать? Может быть, ваш Джек? Джоан судорожно глотнула воздух. Из всех, кого она знала, только Джек наверняка будет искать ее. Так или иначе, он узнает, что случилось.
— Да, Джек, — Джоан уверенно улыбнулась.
— Мне следовало бы сказать вам раньше, что Джек мертв.
Джоан почувствовала, что нервы сдали: ей хотелось кричать, визжать, вопить, ее трясло. Это была истерика.
— Не смешите меня. Джек никогда не посмеет умереть, не сказав мне об этом.
— И тем не менее я позаботился о нем еще в Монте-Карло.
Джоан не поверила Омару. Он блефовал: так поступают все мошенники, видя, что терпят поражение. А ведь он потерпел поражение, не так ли?
— Нет.., вы не могли…
Омар кивнул. Его глаза победоносно блестели. Джоан больше не могла выносить этого. Накопившийся гнев, страх и печаль взорвали ее. Не задумываясь о последствиях, она подняла руку и ударила Омара по лицу.
— Негодяй!
Омар даже бровью не повел. Он улыбался, скрежеща зубами, глаза его налились кровью.
— Может быть.., но это останется между нами.
Прежде чем Джоан успела открыть рот, Рашид схватил ее за руку и швырнул в камеру.
